Хаген, а почему ты не танцуешь?
Не умею, он пожал плечами.
Но ты ушел, не сидишь с остальными я ляпнула, и стало немного стьщно за свою бестактность. Какое мне депо?
В его лице что-то дрогнуло, едва уловимо.
Там слишком много огня Соле я не могу
Огня?
Да.
Я не могла понять.
Ты что, огня боишься?
Боюсь, просто согласился он.
Но почему?
Наверно, глупый вопрос, но
Соле он нахмурился, вздохнул, подбирая слова. Это все
Я ждала. Наверно, я такая несчастная, зареванная, что не признаться мне было просто невозможно.
Соле, ты ведь слышала про вспышки магии, да? осторожно сказал Хаген. У меня было такое с самого детства. Огонь. Огонь вырывался из меня, и В детстве еще не сильно хотя однажды я чуть не спалил дом. Мать считала, что это проклятье, что я одержим демонами. Молилась, таскала меня к шаманам. Ничего не помогало. Я очень старался не огорчать ее, старался сам справиться. Старался держать это в себе.
Он замолчал, зажмурился.
Для меня это было дико. К шаманам? Неужели Ригдеп такая далекая и темная провинция, что они не понимают? И главное неужели патруль Литьяте не дотягивается туда? У нас ведь и чихнуть с помощью магии невозможно было, чтобы тебя к тебе не нагрянула инспекция. Спички не зажечь, не то что дома!
Я сжег всех, Соле сказал Хаген, голос дрогнул. Всех. Я не хотел Мы охотились на болотах, и на нас напал болотный змей, он схватил отца Это вышло само. Я хотел спасти, помочь, хотел сделать хоть что-нибудь, но вместо этого убил всех. Черные головешки знаешь даже не поймешь, чем они были Я думал, сойду сума. И от этого ну, в общем, еще там гром и молнии Хаген облизал губы. Меня подобрал патруль. Они сказали, что это магия, что такое бывает, но только уже поздно. Поздно учиться. Если все зашло так далеко, если оно прорывается с такой силой, то я уже никогда не смогу взять магию под контроль. Слишком опасно. Даже отправлять учиться слишком опасно Не хотели связываться.
Я смотрела на него во все глаза.
Я не верила, это было слишком невероятно.
Но ведь с такими вещами не шутят. Хаген никогда бы не стал Он не из тех, кто может так врать. Потерять родных нет, это не шутки.
Патруль
Что они хотели с тобой сделать? тихо спросила я.
Хаген передернул плечами.
Мне тогда было все равно, я не спрашивал, сказал он. Но за меня поручился мастер Патеру, сказал, что сам проследит. Только из уважения к нему
Хаген я не знала, что и сказать.
По сравнению с этим, все мои неприятности и страхи действительно казались детскими и глупыми.
Он молчал. Он сказал все, что мог, и слов больше не осталось.
Ты не виноват, Хаген, тихо сказала я.
Какая разница.
Нет, Хаген! Разница есть! Не нужно винить себя. Ты не виноват! Если бы ты родился в Илитрии, в Эторе или даже в Хисире, тебя бы учили с детства. Ты бы мог
Нет, Соле, он нахмурился, не дал мне договорить. Что толку. Это ничего не изменит.
Огонь. Кругом огонь
Я тоже всегда винила себя в смерти матери. Знала, что это не моя вина, и все равно
Салотто в огне тихо-тихо сказала я, само вырвалось.
Хаген вздрогнул, посмотрел на меня так странно.
Ты знаешь, Соле, сказал он. С тех пор я часто вижу один сон. Приморский южный город, большой, очень большой, высокие дома Река делит его пополам На левом берегу старый город, крепостные стены, какой-то дворец, крыша блестит
на солнце и слепит глаза вокруг большой парк с тремя прудами. Через реку мост с морскими драконами, выкрашенными в синий цвет. На правом берегу высокие новые дома. Около берега они стоят очень плотно, но чем выше, дальше к холмам, тем свободнее. Домики рассыпаны везде, куда не глянь, кажется, до самого горизонта. В гавани огромные корабли
Он рассказывал, я слушала, и мне становилось страшно. Я знала, что будет. Это Салотто. Он видел мой город во сне.
А потом с неба упал огонь и сжег все, сказал Хаген. Я видел, как людей пожирает пламя, как они кричат, пытаются спастись
Мне кажется, я перестала дышать. Я смотрела на него и, в который раз, не могла поверить. Ведь это не шутка! Нет?
Ты ведь не смеешься надо мной?
Нет, сказал он.
Если бы Лан рассказал мне это, я бы не поверила. Вот, не поверила бы и все. Но тут
Знаешь, Соле, сказал он еще, в Литьяте мне сказали, что я могу навлечь на мир большую беду.
У него стало такое каменное, непроницаемое лицо.
А у меня подкосились ноги, я взяла и села прямо на землю, закрыла лицо руками. Нет. Этого не может быть. Это не он. Нет-нет-нет
* * *
Всю ночь, до утра, мы сидели с Ланом на старом полузатопленном пирсе, забравшись на ящики. Волны то с шипением захпест ывали доски, то откатывались назад.
Мы пили вино, Лан откуда-то принес хорошее хисирское, из Най-Кану, страшно дорогое
Я не удержалась, рассказала ему о Хагене и о своем сне. О Салотто. Лан не удивился.
Такие сны снятся многим, сказал он. Повторяющиеся, страшно реальные сны. Многим, кто имеет отношение к магии.
И тебе?
Да, Лан кивнул. Мне тоже. Я видел его.
Салотто в огне? Так будет?
Лан нахмурился. Под темным ночным небом его голубые глаза казались совсем черными.