Из-за шкафа всё ещё доносились звуки барабанов, а я пыталась свернуть постамент. Там, где взрослый мужчина не смог вытащить каменюку двумя руками, хрупкая во всех смыслах слова девушка справлялась ногами. Медленно, правда. Но на быстрое освобождение я и не рассчитывала.
Встав пятками на самый край камня, я ловила ритм. Бом, бом, прыжок! Бом, бом, ещё один! Спустя несколько минут камень капельку сдвинулся, и я едва не рассмеялась в голос. Наконец-то, удача! Ай да я. Сама придумала, сама сделала.
Осталось только незаметно выбраться из комнаты.
Как же раздражал этот постамент! Незаметно и этот камень вещи прямо противоположные. Особенно учитывая, что в узкий проход мы вдвоём не слишком-то и протискивались. Приходилось либо толкать его перед собой, либо катить сзади на ленточке, либо нести над головой благо, опыт уже был.
К моменту, когда я достигла конца коридора (а по моим меркам это был именно коридор), и звуки барабана стали почти оглушительными, камень хотелось попинать и бросить. Но, увы, нельзя магия.
Осторожно выглянув из-за угла, я подавилась вдохом и изо всех сил стиснула зубы, чтобы не закричать. Привычная реакция, которая выглядела почти безобидно дома, здесь могла стать фатальной. Поэтому молчим. Молчим и смотрим.
А посмотреть было на что.
Дроссельмейер стоял ко мне спиной, вплотную к шкафу. А на полу перед ним шло сражение.
И вот я читала в сказке о том, как крысы бьются с игрушками Но представляла это иначе. Совсем иначе. В книге это выглядело мило, что ли? Там героические игрушки защищали своего принца от злостного короля мышей. А здесь Здесь шёл бой.
С нижних полок шкафа неслись ритмичные удары барабанов. А внизу игрушки пытались уничтожить мышей. А может, всё происходило наоборот. Не разобрать. Всё смешалось в одну жуткую картину, которая постоянно менялась.
Вот какой-то деревянный человечек протыкает игрушечной саблей совсем молодого мышонка. В круглых глазках проскальзывает паника, и тело обмякает. Вот подскакивает мышь побольше и откусывает человечку голову. Тот оседает на пол грудой дерева. А в другой стороне трое кукол тащат куда-то серую мышь с белым кончиком хвоста.
С одной стороны, выглядело всё это гротескно и словно понарошку. Но, возможно, из-за того, что я была здесь же, и того же размера, воспринималось всё очень реально. Слишком реально.
Опомнившись, я резко отвернулась и поискала глазами дверь.
Меня потряхивало. Мой самый страшный кошмар как будто
сбывался снова. Только на этот раз спасти меня было некому.
Стараясь унять бурлящее в груди чувство паники, я опустилась на корточки, прикрылась камнем и поползла. Двигалась медленно, гусиным шагом, одновременно перекатывая рядом камень на манер колеса.
При этом старалась не думать. Желательно, ни о чём. И эмоции тоже отрубила. Будь я живой, на глаза бы наворачивались слёзы. От ритмичного боя барабанов. От деревянного стука сабель и отчаянного писка. И от металлического запаха, витавшего в воздухе.
Но сейчас я словно застыла. Тело моё почти ничего не чувствовало с момента, как я оказалась здесь. А теперь и душа тоже. Единственной важной целью было добраться до двери незамеченной. Ни мышами, ни Дроссельмейером.
И мне почти удалось это сделать. Почти. До приоткрытой двери оставалась всего пара шагов, когда из-за створки появился крыс. Высокий. С белой шерстью. Одетый в военную форму и с перевязью.
Миг недоумения и хищный оскал. Когтистые пальцы сомкнулись за запястье, вздёргивая вверх.
Ваше величество, у нас пленный! воскликнул он, разворачиваясь.
Проследив за его взглядом, я обомлела. На возвышении позади поля боя, в огромном позолоченном кресле, закинув ногу на ногу, восседал ещё один крыс. В мантии и короне. Ростом на голову выше того, кто меня держал и намного мощнее. И сейчас он с мрачным любопытством разглядывал меня.
А я пыталась вспомнить, как дышать. Страх душил, руки и ноги не слушались. Наверное, если бы меня не держали, я бы попросту осела на пол и осталась там лежать, не в силах даже пальцем пошевелить.
Сюда её, прозвучало безэмоционально. И вот говорил он вроде бы негромко, но почему-то слышно было отлично. Несмотря на расстояние.
Слушаюсь!
И меня потащили в сторону побоища. Именно потащили, потому что ноги не двигались. А руки Одна по-прежнему оставалась в плену когтистой лапы. Вторая же судорожно сжимала ленту, к которой был привязан постамент.
Запоздало осознав, что до двери бежать всё дальше, я яростно замотала головой и замычала. А потом вспомнила, что рот мне никто не зажимал, и всё-таки завопила. Впервые за вечер успешно. Пожалуй, я даже сама не ожидала, что получится, и именно поэтому не сдерживалась.
Державший меня крыс вздрогнул и взглянул с недоумением.
Повисла тишина.
Переведя дыхание, я огляделась.
Первым делом наткнулась на яростный взгляд крысиных глаз короля. Следом в поле зрения попался Дроссельмейер, который наконец меня заметил, и теперь явно собирался идти выдирать из лап крысы с боем. Ну и последним я увидела
Немедленно отпустите мою невесту!
К нам стремительной походкой приближался Щелкунчик с деревянной саблей наперевес.