Еще хуже? Я бросила в него салфеткой. Прямое попадание.
На самом деле, это даже мило.
Я начала Очень Раздражаться.
Я не милая.
Теперь, когда я об этом думаю, со смехом признался он, ты отчасти напоминаешь мне кое-кого. Должно быть, взглядом.
Я вытаращила глаза.
Да неужели? Кого?
Клеопатру.
С чего это я напомнила тебе ее?
Ты, - он замолчал. Ну, знаешь, она была вся такая, Королева Отрицания.
Я скрестила руки.
Я ничего не отрицаю.
Говоришь, как Новичок Фазы номер Один. На секунду он нырнул под стол. Когда он появился вновь, он положил передо мной книгу ДУ. Хорошая попытка, кстати.
Чтоб тебя порвАло.
Не то чтобы ты сама сможешь со всем справиться, продолжил он. Поверь мне, я повидал много людей похожих на тебя, которые прошли сквозь эти двери.
Я замолчала.
Ты ничего обо мне не знаешь.
Бри.
Что?
Патрик затих.
Ты знаешь, почему ты здесь?
Его вопрос застал меня врасплох. В носу защипало. В уголках глаз я ощутила тоже самое.
Не плач. Не плач.
Я согласно кивнула.
Оу? произнес он. И почему же?
Кем себя, черт подери, возомнил это парень? Он знает меня от силы минут пять, а ведет себя так, будто он специалист по всем вопросам.
Вопросам, касаемым меня .
Знаешь что? сказала я. Это вообще не твое дело. С этим, я встала из-за стола и, направившись в противоположный конец комнаты, села за другой столик, прямо рядом с окном.
Как я и думал. Он стал и, взяв мой стакан, налил еще Спрайта. Потом он последовал за мной к новому столику и выдвинул стул. Ты прямо классический случай.
Я бы хотела побыть одна, если не возражаешь.
Не-а, ты любишь бывать в компании. Он сел напротив меня. Послушай, Ангел. То, что ты чувствуешь сейчас, совершенно нормально. Такое случается с лучшими из нас. Это случилось и со мной. Он вынул салфетку из держателя и вытер рот и руки.
Я не ответила. Просто схватила со стола газировку и начала жевать трубочку. Старая привычка.
Вот, произнес Патрик. Я тебе покажу. Он взял скомканную салфетку, разгладил ее на столе и начал писать. Когда он закончил, он пододвинул салфетку ко мне. Я опустила взгляд. Там, между томатным соусом, жирными пятнами и грязью, мальчишеским почерком, Патрик написал пять слов:
Отрицание.
Гнев.
Сделка.
Скорбь.
Принятие.
Он потянулся и медленно обвел слово «отрицание» ручкой.
Видишь это?
Я бросила на него взгляд, официально устав от этого разговора.
Не говори со мной.
Это ты.
Я отвернулась, когда злые, жгучие слезы сорвались с глаз и заскользили по щекам. Я утерла их тыльной стороной руки.
Ты поймешь, Ангел, произнес он. В один их этих дней. Он схватил салфетку, смял ее и сунул себе в карман. Я сохраню это на всякий случай.
Мы молчаливо сидели вместе пару минут. Я продолжала жевать соломинку, не отводя взгляд от океана. Патрик понял намек и сменил тему.
Итак. Почти шестнадцать, да?
Я кивнула, все еще глядя на него.
Почти.
И ты проторчала тут неделю?
Я снова кивнула, не смотря на то, что была в этом не совсем уверена. Теперь время текло несколько странно. Я ощущала, как оно течет вокруг меня. Я наблюдала, как солнце встает и садится, как и всегда, но минуты, казалось, длились вечность. Скучно не было, нет, словно я сидела на уроке истории и ждала звонка. В этом месте словно была быстрая перемотка вперед и одновременно действия замедлялись.
Ну что, колибри? Он одарил меня обнадеживающей улыбкой. Чего не веселимся?
Веселимся? выплюнула я. Что в этом веселого?
Почему бы нет? Он бросил взгляд в сторону двери. Как я уже говорил. Мы сможем выбраться отсюда, когда только пожелаем, верно?
И куда потом?
Он рассмеялся.
А ты как думаешь, Сырная Косичка? Надеешься рассиживаться тут и заказывать пиццу изо дня в день до скончания времен?
Отсюда еще никому не удавалось уйти, проворчала я, поглядывая на Даму с Кроссвордом. Бесит, что она тут всем заправляет.
Он бросил на меня озорной взгляд.
Кто тебе сказал, что она главная?
Я не поняла. Мы ведь просто горстка детишек. Кто-то же должен быть главным. Разве нет?
Но если не она, медленно произнесла я, то кто?
Он наклонился ко мне и улыбнулся так, словно у него был секрет, которым ему не терпелось поделиться.
Ты, Чита, ответил Патрик. Ты .
Глава 9Я гуляла с призраком
случае, с этим я сейчас ничего не могла поделать. Зато кое-чему я научилась довольно быстро. Можно зацикливаться и париться из-за того, что все закончилось что ты сделал не так или что мог сделать, но не в этом суть. Не то чтобы это все изменило. Так что к чему волноваться? Плюс, жизнь после смерти оказалась довольно веселой. Ощущение странное, но клевое: ты знаешь, что спишь, но все равно знаешь, что у тебя осталось минут десять, прежде чем зазвонит будильник.
(В моем же случае, будильник не зазвонит никогда. А сон будет длиться вечно.)
Поначалу, Патрик не соглашался брать меня на свой мотоцикл.
Эм, я так не думаю.
Давай же.
Не-а.
Почему нет?
Потому что я не твой шофер, вот почему.
Пожалуйста?
Он посмотрел мне прямо в глаза и замолчал. У меня возникло ощущение, что он не собирался валять дурака.