Часть II
Красавица и Гастон
Старик мямлил что-то, махал руками, но все его слова имели только одно-единственное логическое объяснение старый чёрт сошел с ума.
Бэлль ждёт нас дома, готовит вкусный ужин...
Бэлль в плену у чудовища.
Гастон замотал головой, пытаясь отогнать навязчивую мысль, замоталась пухлая нижняя губа, на землю упало несколько капель слюны.
Ну ладно! эти слова были наполнены нехарактерным для этого человека смирением. Гастон молодецки соскочил с коляски, подошёл к дереву и стал карабкаться наверх. Если ты не врешь, старик, то с этого дерева я увижу дорогу.
Его сильные руки цеплялись за ветки, подтягивая тяжёлое тело, как пушинку, мышцы перекатывались под одеждой, ткань которой с трудом выдерживала напряжение, ноги отталкивались от ствола, помогая великану преодолевать за раз расстояние едва ли многим меньше его собственного роста, а выходящие из горла звуки больше походили на звериный рык наблюдая эту картину, Морис испуганно замер внизу.
Я вижу замок! последнее движение Гастона, и этот крик сорвал листья с веток дерева, осыпав ими стоявших внизу. В следующую секунду Гастон приземлился рядом с отцом Бэлль. Там замок... Богатый, может быть, немного обветшалый...
Там много интересных и красивых вещей, отец Бэлль подтвердил догадку Гастона, хотя тот едва ли разделял представления изобретателя о прекрасном. Так мы идём?
Этот вопрос был излишним, Гастон уже широким шагом подошёл к дереву и, обняв ствол, двигался по окружности к спрятавшейся за ним узкой туманной тропе.
Там холодно... Мориса никто не послушал, как и никто не помог ему обойти препятствие. Только в последний момент Гастон выдернул его, зацепившегося пузом за сучок, и поставил на тропу.
Морис оглядывался по сторонам нет, тропа не походила на ту, по которой он в панике нёсся к замку, спасаясь от волков, несколько дней тому назад: покрывавший эту дорог лёд будто бы отступал перед уверенным шагом великана, а корни нависавших над тропой деревьев отползли прочь, сама тропа стала короче, и через несколько мгновений они оказались перед высокими воротами.
Гастон вцепился в решётку и отчаянно затряс её, но ворота не поддались.
Откройте!
Бэлль! Доченька!
Крики мужчин разносились по двору замка:
Бэлль! ревел Гастон.
Бэ-э-элль! покрикивал Морис.
Бэлль! Лефу поддерживал общие усилия фальцетом, оглядываясь в поисках поддержки.
Услышав эти крики, Бэлль поднялась с постели и подошла к окну своей спальни-темницы.
Батюшка! вскрикнула Бэлль, увидев поджидающих её за воротами спасителей. Батюшка! Бэлль забарабанила кулачками по стеклу. Гастон! Бэлль бросилась к дверям, распахнула их и выбежала в коридор.
Куда ты, дитя, остановись! нет, крик волшебного шкафа не остановил беглянку.
Батюшка!
Рык чудовища заставил Бэлль замереть на верхней ступени ведущей в холл парадной лестницы. Зверь обратил к девушке огромную косматую голову, прожёг взглядом и на кривых ногах проследовал к двери. Испуг не продлился долго, и вскоре Бэлль бежала вслед за тюремщиком.
Она выскочила на крыльцо.
Почему ты нарушаешь мой покой? взревело чудовище и ударило когтями по решётке, едва не задев тех, кто стоял за воротами. Этот рык заставил беглянку замереть на крыльце.
Бэлль! крик Гастона был столь же неприятен, но даже грубому окрику этого неприятного человека она сейчас была рада. Бэлль! ещё один удар, и коготь чудовища оставил на лице Гастона царапину. Ты будешь прятаться за воротами? Будь мужчиной и встреться со мной лицом к лицу! Испугался? Испугался?! Гастон принял боевую стойку, защитным движением подтянул кулаки к груди и, подпрыгивая на месте, принялся молотить воздух перед собой. Бэлль сделала несколько шагов со ступеней дворца. Чудовище отвечало на резкие, но слепые выпады Гастона приглушённым рычанием. Испугался! Гастон осмелел, сделал глубокий выпад, и его кулак ткнулся в мягкую волосатую грудь чудовища. Гастон оторвал взгляд от своего кулака и посмотрел в лицо своему противнику.
Верхняя губа чудовища болезненно задрожала, подтянулась к носу, обнажив клыки, чудовище подняло голову к небу, зарычало и коротким движением отбросило от себя нападавшего. Гастон пролетел несколько метров по воздуху и приземлился на мёрзлую землю за воротами.
Не-е-ет! бегом преодолев расстояние от замка до ворот, Бэлль упала на колени рядом с Гастоном и легла ему на грудь. Прошу тебя, не трогай его! Не трогай! Чудовище опустилось на четвереньки и отчаянно хватало воздух пастью, а Бэлль тихо ныла, наблюдая за своим тюремщиком. Чудовище сплюнуло в снег, болезненно морщась и тяжело переступая лапами, повернулось к своим неучтивым визитёрам задом и, вильнув хвостом, пошло обратно к замку. Ты... ты... ты... продолжала заходиться рыданиями Бэлль.
Пошла прочь! короткий рык из-за плеча, чудовище даже не удостоило гостью взглядом на прощание, но она этого и не ждала. Убирайся! добавило чудовище в ответ на рыдание Бэлль, и та, будто получив команду, оттолкнулась от тела Гастона, поднялась на ноги и обняла отца.
Бэлль! Гастон потянул к девушке руки, и, коллективными усилиями погрузив охающего великана на спину покорного своей участи Филиппа, Бэлль, Лефу и Морис покинули заколдованный дворец.