Хоровое пение с этикетом были такими же скучными, какими им положено
быть. Препод по живописи все ещё измывался надо мной, как хотел. На практическом выражении чувств нас заставляли охать, ахать и признаваться друг другу то в любви, то в ненависти. Лично я признавалась всему миру исключительно в последнем.
Преподавательница, витающая в облаках и в клубах вони от её убийственных духов, положив руку на сердце наказала мне записаться в театр, который должен был начаться в октябре. Ага, уже бегу.
Эридан на свою пару не пришел, и без него вдруг оказалось как-то пусто в аудитории. У него были какие-то семейные проблемы, поэтому откладывался и мой ужин за его счет, и моё объяснение теории, и моя запрещенная книга. Вместо Эридана к нам пришла гномка леди Зинад, которая поразила меня переменой своего поведения. Если у нас она читала лекции бойко, с шутками и разъяснениями, не забывая отвесить подзатыльники не слушающим, то тут она просто тихо монотонно бормотала, пока все записывали лекцию.
Когда она закончилась, и все с шумом ломанулись на выход, я слегка задержалась.
- Карина Арисовна, здравствуйте.
Карина Арисовна на мгновение оторвалась от заполнения ведомости, подняла голову на меня и кивнула.
- Ири, - она улыбнулась уголками губ. - Здравствуйте. Жаль, что ты больше не с нами.
Я не могла с этим не согласиться.
- Я хотела спросить, можно ли будет мне подавать заявку на участие в состязаниях этого года, если я больше не на факультете некромантии?
- Можете, - подтвердила она, продолжая писать. - Этого права у вас никто не отбирал.
Я хотела спросить еще о многом, но леди Зинад, по-видимому, не была сильно расположена к разговору.
- Спасибо, - вежливо поблагодарила я и развернулась.
- Подождите, - остановила меня леди Зинад.
Она устало вздохнула, отложила ведомость и серьезно посмотрела на меня.
- Ириадна, - начала она. - То, что вы натворили в кабинете ректора, является грубейшим нарушением дисциплины, и поэтому обсуждать я с вами вообще ничего не имею права. Но я вас знаю давно, знаю как прилежную и упорную студентку, а также как достаточно порядочного человека.
Она замолчала, собираясь с мыслями, а я перестала дышать. В груди зародилось какое-то неприятное чувство. Первой мыслью, которая мелькнула у меня в голове, было - что-то случилось с Рэном? Второй, почему-то, - а вдруг с Эриданом?
- Я должна спросить вас, Ириадна. Что вы делали в ночь с субботы на воскресенье?
Что я делала? Ела печенье, читала раритетный женский роман, который меня откровенно разочаровал. Четыреста лет назад, похоже, краснели от одного лишь упоминания о поцелуях. Потом валялась в ванной, налив туда мой любимый клубничный тоник, а потом в экстренном порядке успокаивала Одуванчика. Та, зайдя посреди ночи в туалет по нужде и увидев меня в ванной с водой ярко-красного цвета, с недосыпа решила, что я купаюсь в чьей-то крови. Это я еще предусмотрительно заранее поставила купол тишины, иначе вся общага была бы свидетелями, а у меня и так репутация ни к черту.
- Училась в своей комнате, - невинно похлопав ресницами, резюмировала я.
- Это может кто-то подтвердить?
- Да, моя соседка по комнате, - я вдруг осознала, что не помню, как зовут Одуванчика.
Леди Зинад прищурилась и посмотрела мне прямо в глаза. Я не отвела взгляда - в принципе, так же оно и было.
- Хорошо, - наконец, сдалась она, чего-то во мне не увидев. - Вы можете идти.
И я было действительно собралась идти, но странное ощущение все никак не пропадало. И для своего собственного спокойствия, я решилась задать вопрос.
- Леди Зинад, а что случилось?
Леди бросила на меня раздраженный взгляд, а потом махнула рукой.
- Вы же все равно узнаете. Сирша Роллини была найдена мертвой, - огорошила она меня. - Идите, Дэш. И не кричите об этом на каждом углу, Велт Миртович не хочет огласки.
Я вышла, прижимая сумку к груди. Мысли бегали в голове по кругу, пытаясь найтись и разобраться в происходящем. С Сиршей я последний раз виделась еще весной, причем расстались мы с ней не в лучших отношениях. Не то, чтобы мы когда-то в них были Сирша была, на мой взгляд, заносчивой наглой девицей, которой плевать было на чужое мнение. Учитывая, что это же описание можно было вполне применить в отношении меня - это чего-то да стоит. Мне срочно нужно было поговорить с Рэном. Или хотя бы с кем-то из наших - Сирша училась на нашем курсе, все наверняка были в курсе.
Впрочем, с ней могла сыграть злую шутку её же заносчивость. Или Нет, никаких «или» быть не должно было. Я должна была просто пойти в комнату, почитать что-нибудь, заняться делом. Но импровизированная вша уже попала мне под воображаемый хвост, и я, проклиная себя на чем свет стоит, помчалась в город.
Нет, Сирша, конечно, была той еще заразой, но чтобы её убивать за это? Мне было интересно узнать, где и как именно она убита.
- О, кто явился, - поприветствовала меня отчего-то довольная Глинда. - Соку?
- И блинчиков! - попросила я, плюхаясь за стол и сваливая рядом с собой кипу газет. - С вареньем, пожалуйста!
Тарелка с ароматными блинами, политыми клубничным вареньем, стояла передо мной уже через три минуты.