Переговоры между Антонием и заговорщиками 1516 марта 44 г. до Р. X
Брут и Кассий на форуме 1516 марта 44 г. до Р. X
обрядовых церемоний, обязательных для действительности выборов. Так как Долабелла не был человеком, способным отказаться от консульства из-за формальностей, то он в течение ночи принял решение самому утвердить свое избрание, надеясь удержаться в своей должности с помощью заговорщиков, которым было выгодно иметь на своей стороне консула, хотя бы и не вполне законного. Этот маленький государственный переворот незамедлительно произвел в городе большое волнение и, по-видимо- му, сделал заговорщиков более смелыми. Манифестанты, потерпевшие утром неудачу, ободрились и попытались организовать на форуме новую демонстрацию, громко призывая Брута, Кассия и их товарищей. Заговорщики решили, что Брут и Кассий спустятся, чтобы сказать речь народу. Это приостановило бы переговоры или уменьшило бы их значение. Но возник вопрос: кто должен их сопровождать? Относительно этого, по-видимому, были споры. Наконец, решили, что из заговорщиков только Брут и Кассий спустятся на форум и что наиболее знатные сенаторы и всадники, находившиеся тогда на Капитолии, будут торжественно сопровождать их, как это было сделано для Цицерона в эпоху Катилины, чтобы защитить их в случае необходимости от насилия народа. Как только это решение стало известно на форуме, сомнение снова охватило все умы: вспомнили, что консервативная партия, организовывая одну из этих театральных демонстраций, способствовала частому обращению в бегство народной партии. Антоний и Лепид должны были желать неудачи демонстрации, но не смели помешать ей силой, особенно после измены Долабеллы; они предпочитали подождать и посмотреть, что произойдет. Наконец, после полудня торжественный кортеж, образованный на Капитолии, медленно спустился на форум и двинулся через толпу, сбежавшуюся, чтобы встретить его. Процессия дошла до ростр, и Марк Брут взошел на трибуну. Когда толпа заметила его, на всем форуме воцарилось полное молчание. Брут начал речь и, никем не прерываемый, старался объяснить убийство и его мотивы. Простой народ еще имел в глубине сердца почтение к знати, Брут пользовался большим уважением, цезарианцы в толпе присоединились к настроению своих политических противников. Но в конце речи не было ни свистков, ни аплодисментов, публика осталась холодной; собрание окончилось при сомнительном настроении, и заговорщики с кортежем консерваторов снова поднялись на Капитолий.
Антоний решается собрать сенат 1617 марта 44 г. до Р. X
Приготовление к сенатскому заседанию 1617 марта 44 г. до Р. X
время от времени появлялась толпа с факелами в руках, мелькал прохожий с фонарем или наощупь во мраке пробирался какой-нибудь заблудившийся человек. На Капитолии никому не хотелось идти в храм богини Земли: заговорщики сразу поняли, почему Антоний прервал с ними переговоры и внезапно передал все сенату, куда им нельзя было явиться. Побуждаемые грозящей опасностью, они решили принять все меры, чтобы послать на заседание сената нужное им большинство. Антоний и Лепид со своей стороны также старались обеспечить себе большинство в сенате: они предложили ветеранам и колонистам, кто только мог, всем собраться вокруг храма богини Земли с целью устрашить консерваторов. Таким образом, в Риме во мраке ночи нужно было продолжать дневную работу. Консул приказал зажечь на площадях, перекрестках и улицах большие огни, чтобы помочь выйти тем, у кого не было рабов для несения факелов. При дрожащем свете этих костров можно было видеть посланных от заговорщиков, поспешно проходивших к сенаторам с просьбой непременно прийти на следующий день на заседание; группы опоздавших ветеранов из окрестностей, магистратов и знатных лиц, направлявшихся друг к другу для совещаний; патрулирующих солдат, толпы ремесленников, вольноотпущенников, плебеев, собиравшихся в свои коллегии. Глубокой ночью, вероятно, в доме Антония состоялось собрание цезарианцев. На этом собрании, кажется, из вождей партии были только Гирций, Лепид и Антоний, и обсуждение положения дел затянулось. Некоторые цезарианцы хотели позволить заговорщикам выйти из Рима, взяв с них обещание не возбуждать волнений. Гирций предложил помириться и принять предложение заговорщиков вместе работать над восстановлением республиканского правления, предоставив окончательное решение сенату. Напротив, Лепид, которому удачные события прошедшего дня, без сомнения, вскружили голову, сделал цезарианцам предложение, аналогичное предложению Цицерона консерваторам: решиться на государственный переворот, взять приступом Капитолий и при полном одобрении народа казнить всех заговорщиков, в числе которых был и его зять. Но подобно тому как Брут и Кассий отвергли предложение Цицерона, Антоний не одобрил совета Лепида и принял предложение Гирция. Он знал, что по всей Италии богатые и зажиточные классы были расположены к заговорщикам, и ему казалось неблагоразумным прибегать к насилию, когда можно было благодаря крикам и угрозам толпы ветеранов получить все от законной власти, т. е. от сената.