Дуня помотала головой. Идея неплоха, но требуется время, вдохновение и хороший план по продажам. А если так, то лучше на игрушках остановиться. Они хотя бы ещё никому глаза не намозолили.
Но деньги нужны прямо сейчас! Вот бы клад найти! Это было бы идеально. По берегу Дуня дошла до скалистых берегов и помахала рукой показавшейся на краю обрыва Любаше. Та всплеснула руками и уточкой побежала вниз.
Боярышня! Радость-то какая! кричала
она.
Дуня отвернулась, чтобы не видеть, как дуреха несётся по крутому спуску. Любаша растеряно притормозила и уже не так уверенно продвигалась к Дуняше.
Боярышня? робко позвала она.
Любка, вот пороть тебя некому! повернулась к ней Дуня. Совсем ополоумела с животом дурниной бежать?
Ай, да я привычная! расцвела Любаша. Да и живот ещё не так чтоб очень, она обняла его руками и светло улыбнулась.
Как живешь? Как Яким? Не обижает?
Любаша выпрямилась и начала обстоятельно отвечать:
Живем а Яким старается, работает. Он добрый и каждый день за него богу молюсь.
Люба, перебирайся к зиме в наш дом. Чего ты тут Дуня замолкла и вздохнула.
А Яким?
Останется тут работать.
Нет, я его не брошу. Он же как дитё! Замёрзнет и не поймёт, что делать.
Дуняша посмотрела на неё с сочувствием. Не такой уж Яким беспомощный, но, похоже, говорить об этом бесполезно.
Я скажу Фёдору, что дал тебе продуктов и соли, но ты сама не зевай. Лови рыбу, как в деревне это делают, суши ягоды придумай, что можешь смастерить на продажу. Ты же жила со мной и много видела.
Любаша энергично кивала, а потом выдала:
Так не с чего мастерить Тати всё унесли. Даже готовить не в чем.
А как же вы
Яким из дерева плошки вырезал. Мы в тайный лаз вместе с его инструментом хоронились. Ой, боярышня, тяжело было лежать в камне. Я думала, что не вылезу оттуда, глаза Любаши заблестели при воспоминании о том, что ей пришлось пережить, прячась в каменном отнорке.
Дуню даже передернуло, стоило ей представить, как Любашка пряталась с Якимом. Она бы уже через пять минут билась головой о камень, крича, чтобы её выпустили, а им часами пришлось там таиться.
Дуня подошла к воде и по камням добралась почти до середины быстрой реки.
Ой, ловкая ты, боярышня! засмеялась Любаша.
Дуня оглянулась, улыбнулась, а потом попыталась наметить себе обратный путь, но по другим камням. Увлеклась, взмокла. Всё-таки слишком утеплилась она. Нагнулась, зачерпнула воды, смочила лицо. В воде увидела красивые камешки.
А что, если золото намыть? Вдруг сюда что-то принесло с ледников? В будущем многие люди болтали, что золото можно в любой речке намыть! Озаренная идеей, Дуня раскорячилась и прямо с камешка опустила руки в воду и давай шебуршить. Перебаламутила воду, но в руках никакого золота не оказалась.
Боярышня, что случилось? заволновалась Любашка.
Тащи мне миску!
Так нет же
Дуня сердито отмахнулась и понеслась в имение, а оттуда обратно. Неслась так, что распарилась словно в бане была! Когда она вернулась, то Любаши на берегу уже не было, видно, она поднялась к себе в домик.
Ну и ладно! Баба с возу кобыле легче, подбодрила себя боярышня и, задрав подол, полезла в воду золото намывать. Попищала из-за прохладной водицы, но ничего, свыклась.
Работа оказалась непростой и никак не ладилась. То подол в воду сползал, то тяжёлое корытце выскальзывало, то спину заломило.
Да где же моё золото? упарившись, воскликнула Дуня, шлёпая деревянным корытцем по воде.
Какое золото? услышала она голос деда и резко обернулась.
Деда-а-а-а! схватившись за сердце, воскликнула она. Ну нельзя же так пугать!
А ты пошто по сторонам не смотришь? И о каком золоте идёт речь?
Да я вот подумала, Дуня описала руками резкий и быстрый процесс размышлений, приведший её к воде, но сдувшись, выдала только конец всей цепочки действий: а вдруг?
Еремей усмехнулся. Ему как доложили, что его внучка уже час воду в речке в корытце набирает и трясёт, так он сам побежал посмотреть. А она, оказывается, золото моет! Неужто ей старый хрен Веденей, пусть земля ему будет пухом, рассказал, как ребёнком с отцом к Рифейским горам ходил и золото в реке собирал? Еле ноги унёс оттуда, а его отец там остался со стрелой в груди.
Ну и чего? Нашла?
Дуняша огорчённо помотала головой и побрела к бережку.
Деда, может нам воду продавать?
Еремей поперхнулся.
Это как?
Ну-у, наберем в кувшины, запечатаем и на рынок отвезем. Скажем, что вода у нас зело полезная, насыщает тело влагой, неуверенно предложила она.
Не купят, пряча улыбку, ответил ей Еремей. Подумай ещё.
Я уж всю голову себе сломала. Кстати, тебе есть на что шерсть для Митькиных валенок покупать?
Князь жалование исправно платит, со вздохом произнёс он.
Ну вот, будут у нас на продажу валенки, деревянная тут Дуня на миг замолчала и бодро продолжила: московская игрушка, а ещё валяные игрушечки. Игуменья Анастасия заказала десять полных телег гранитных брусков и обещала заплатить за них сто рублей. Мне пришлось
уступить в цене, но бабушка нам ещё продуктов даст точнее, яблок.
Сто рубликов хорошо, оживился Еремей, только вряд ли наши лошадки потянут полную телегу камней, но заказ хороший! А зачем нам столько яблок?