Услышав эти слова, десятый принц внезапно поднял голову и посмотрел на императора. На его лице читалось сильнейшее волнение.
Отличная пара, кивнул император Канси. Немного поразмыслив, он объявил, глядя на десятого Пусть Гороло Минъюй станет первой супругой десятого принца!
Покраснев, десятый принц громко и торопливо произнес:
Царственный отец, ваш сын еще мал
В семнадцать лет все еще мал? перебил Его Величество.
От волнения десятый принц начал беспорядочно скрести затылок.
И четвертый, и восьмой братья сперва завели себе вторых супруг, объяснил он взволнованным тоном. Выберите и мне сначала вторую супругу!
Вздор! произнес император с застывшим лицом. Минъюй станет твоей первой супругой, и ты считаешь, что с тобой обходятся несправедливо?
Не находя слов от волнения, десятый принц поспешно упал на колени и пролепетал:
Ваш сын не это имел в виду! Ваш недостойный сын всего лишь, всего лишь Ваш сын только подумал
Он так и не закончил свою речь. Восьмой брат с широкой улыбкой на лице поднялся со своего места и спокойно произнес мягким тоном:
Царственный отец, ваш сын полагает, что для десятого брата это весьма неожиданная новость, оттого он и не знает, что сказать, только и всего. Стоит подождать, пока он свыкнется с этой мыслью, но тогда, боюсь, радоваться ему уже будет некогда.
Десятый принц внезапно вытаращил глаза и уставился на восьмого принца в упор. Его лицо приобрело фиолетовый оттенок, и на нем отражалась сложная смесь волнения, гнева и страдания, но больше всего было мольбы.
Восьмой принц смотрел на него в ответ, и уголки его рта были по-прежнему устремлены вверх.
Десятый брат, позвал он. Скорее поблагодари отца за милость!
Десятый принц продолжал сверлить восьмого взглядом. Тот же сохранял благовоспитанный вид, но взгляд его глаз был темен и глубок, и никто не смог бы сказать, что скрывается на их дне.
В конце концов мольба, печаль и гнев покинули лицо десятого принца, и на нем осталось лишь равнодушие. Он неторопливо повернулся, поставил ладони на пол и трижды коснулся его лбом. В тишине был отчетливо слышен стук его головы о доски.
Сын выражает благодарность своему царственному отцу! громко произнес он.
Восьмой принц не спеша опустился на свой стул.
Мне казалось, что, отбивая земные поклоны, десятый принц стучит головой прямо об мое сердце. Бум, бум, бум удары давили мне на грудь так сильно,
что стало тяжело дышать! Конечно, я знала, что в древности браки заключались по воле родителей и по слову свахи и у молодых людей почти не было права выбора, но лишь сейчас, узрев эту сцену своими глазами, я почувствовала всю жестокость подобной традиции.
Я злобно посмотрела на Минъюй, которая все это время не спускала с меня взгляда, довольного и недовольного одновременно, с каплей печали и даже ненависти. Постепенно, впрочем, на ее лицо вернулась прежняя очаровательная улыбка, не оставив и следа грусти и недовольства. Под моим сердитым взглядом она грациозно поднялась и вышла поблагодарить государя, держась благородно и сдержанно. Она опустилась на колени рядом с десятым принцем, и мне хотелось громко закричать: почему? Почему? Разве он не принц? Разве он не занимает самое высокое положение? Почему человека с таким высоким статусом лишают самого дорогого свободы?
Я подумала о сестре, снова бросила взгляд на происходящее у трона и вспомнила о том, что неумолимо приближается день отбора девушек во дворец. Неужели такова судьба всех, чья нога ступает под своды Запретного города? Меня охватил ужас. Неужели и мне уготована та же участь? Я взглянула на наложницу императора, по возрасту годившуюся ему в дочери, на множество незнакомых льстивых лиц за столом и задрожала как осиновый лист. В моем мозгу билась мысль: меня отдадут в наложницы вон тому старику или же я стану первой женой того молодого парня?
Я не знаю, что происходило потом; я даже не помню, как покинула дворец. Помню лишь, что стоило паланкину остановиться у дверей поместья, я выскочила из него и кинулась к воротам, слыша за спиной испуганные возгласы.
Я мчалась, летела стрелой, неслась так, будто от этого зависела моя жизнь, стремглав, изо всех сил. Мне казалось, что нужно поскорее найти место, где можно спрятаться, иначе меня обязательно каким-нибудь необъяснимым образом выдадут замуж.
Слуги, служанки, сестра все бросились за мной, Жолань на бегу кричала:
Жоси, Жоси
Перейдя на быстрый шаг, восьмой принц хладнокровно приказал охранникам схватить меня. Один из них ринулся вперед и преградил мне путь. Я хотела обежать его, но он схватил меня за руку, и я отчаянно забилась только бы вырваться, сбежать и спрятаться.
Издалека донесся голос восьмого принца:
Оглушите ее!
Затем я почувствовала боль в затылке, и наступила темнота.
После того пиршества в честь Праздника середины осени я стала очень мало разговаривать. Цяохуэй и Дунъюнь выбивались из сил, стараясь расшевелить меня, но я ни к чему не проявляла интереса целыми днями я либо прописывала иероглифы, либо сидела уставившись в одну точку.
Я впервые всерьез задумалась о том факте, что попала в прошлое. «Какая судьба меня здесь ждет?» беспрестанно спрашивала я сама себя. Неужели я способна лишь сидеть и ждать, пока все это произойдет со мной?