Все это разложила по пунктам и, в итоге, картина выходила удручающая. Итак, пункт первый и самый страшный: меня везут в качестве жены не пойми для кого. И еще пытаются уверить в том, что мне почти повезло, так как я попала в этот мир не в качестве рабыни, а в роли невесты. Только разница пока едва ощутима. Впрочем, эта беда тоже не самая-самая, если учесть пункт два. По которому я поняла и приняла тот факт, что нахожусь в другом мире. Параллельном или еще каком-то, без разницы. Главное в том, что я пока не знаю, как отсюда выбраться. В том, что это возможно, сомнений нет. Ведь эти варвары переместились с помощью портала и мага по имени Мангара! А значит, есть шанс вернуться. Только стоит все как следует обмозговать. Оно, конечно, проще рыдать и закатывать истерики. Только вот делу не поможет. А значит, придется приспособиться.
Вот только как это сделать? Обратиться к девчонкам за помощью? Среди них должны найтись порешительнее. А возможно, что общая беда сплотит нас всех и мы еще покажем этим амбалам с мечами, где раки зимуют!
Мысленно рассмеялась, осознавая, что настроение себе немного улучшила. Вот только фантазии мои даже мне самой показались слишком несбывчивыми, зыбкими, как пески пустыни, окружавшей этот лагерь.
Рядом плакала какая-то девушка. Она не рыдала в голос, а именно тихо похрюкивала, пряча лицо в теплую шкуру.
- Как тебя зовут? спросила я, развернувшись к ней лицом и упираясь теперь спиной в стенку повозки.
Она снова хрюкнула и затихла, а затем откинула шкуру и на меня взглянули сверкнувшие глаза незнакомки.
- Ника. А тебя?
- Кира! ответила я.
Девчонка снова хрюкнула, а затем шмыгнула носом.
- Я боюсь! призналась она.
Вот ужтоже открыла истину.
- Мы все боимся! раздался голос ее соседки, что лежала по правую сторону от Ники. Девчонка, в отличие от остальных, не плакала. Она приняла сидячее положение и посмотрела на меня.
- А я Катя. Екатерина Демидова, хотя, какая, к черту, разница. Мы тут все попали и скоро станем как Гульчатай.
Плачущие девчата чуть притихли, вслушиваясь в нашу зарождающуюся беседу. А я, не удержавшись, фыркнула, услышав сравнение Кати. Да уж. Точно, будем как любимые жены Сухова. Судя по манерам наших похитителей, здесь не только развит рабовладельческий строй, но еще и яростный патриархат.
- А меня зовут Ольга, - представилась еще одна из девушек. Следом за ней начали называть свои имена остальные и скоро мы немного познакомились, хотя толком разглядеть друг друга не могли. В повозках
было темно и только свет от костра и луна, катившаяся к горизонту, давали скудное освещение. Так что мы едва различали лица друг друга. Скорее походив на силуэты теневого театра. Вот только поговорить нам толком и не дали. Карауливший похититель, один из людей хага, поднялся во весь рост и на ломаном русском проговорил:
- Эй вы там. Спите. Завтра долгий переход. Нужно спать!
Спорить никто не стал. Мы были уставшими и напуганными. Покорно улеглись на свои места, притихнув. А я подумала о том, что видимо, не все наши похитители так хорошо говорят на нашем языке, как хаг и его фокусник.
С этими мыслями и заснула, сама удивившись поутру тому, что вообще, вопреки рассудку и тягостным мыслям, смогла это сделать.
Утром нам выдали новую одежду. Это были легкие платья из прозрачной ткани, отдаленно походившие на национальные одежды женщин арабских эмиратов, только с тем отличием, что на головы мы не повязали платки, оставив волосы без покрова. Обувь тоже выдали. Но к сожалению, подошла она по размеру не всем и нескольким девочкам пришлось оставаться в своих модных туфлях на шпильке. Мне же повезло. Подошло и платье и обувка мягкие туфли, аля балетки. Весьма удобные и неприхотливые, как домашние тапочки. Нам позволили по очереди переодеться за одной из черных скал, а затем накормив нас подобием овсяной каши, загнали в повозки. И мы тронулись в путь. Девушки, попавшие в одну повозку со мной, были очень разными, и я никак не могла взять в толк, по каким параметрам или приметам, их выбирали. Или камни чувствовали что-то особенное в нас, что было понятным только Мангару? Задавшись целью выведать хоть что-то о нашем будущем и вообще о нашей судьбе в частности, я сидела у самого края повозки рядом с возницей и рассматривала, как мы покидаем скалы, давшие нам приют на прошлую ночь.
Возницей был один из людей, что ждали нас ночью у костра. Здоровенная спина в кожаной безрукавке, загорелая до черноты, пугала меня не так долго, как я могла предположить. Мужчина едва ли обращал на нас внимание и просто выполнял свое дело управлял повозкой. Зато его товарищи следовали за пустынным транспортом, не отрывая глаз от своих пленниц. И порой ощущая на себе эти неприятные взоры, лично я чувствовала себя преотвратно.
А во главе этого обоза ехал Тангар. Временами я бросала на его широченную спину недружелюбные взгляды, искренне мечтая о том, чтобы черноглазый свалился с лошади с свернул себе шею. Но это по определению было невозможно. В седле хаг сидел будто влитой, являясь с конем чем-то единым. Да и остальные его люди были явно отличными наездниками. И почему-то сейчас, глядя на похитителей, я видела перед собой кочевников или варваров-завоевателей.