Так однажды руку его обхватил браслет с императорской вязью. Пусть тот день в памяти Виена был отмечен болью заклятия, заточенного в артефактном браслете, но тогда он смог четко осознать свою цель и в последствии идти к ней. Альвиан был для Виена не просто работой. Он был непутевым братом, которого Виен искренне любил и оберегал. А браслет стал для него лишь условностью и пропуском в личные покои и жизнь принца.
От того на душе сейчас было неспокойно. Если Альвиан сбежит от приставленной к нему стражи, не будет рядом человека, способного найти его среди толп людей на улицах. Не будет того, кого сам принц станет ждать, чтобы продолжить своем приключение вместе с надежным другом.
В день отъезда в поместье Эверсон для охраны королевы, принца и их свиты были отобраны лучшие воины. Виен лично позаботился о том, чтобы все лазейки и тайные выходы из дворца были перекрыты, стражи предупреждены, а принц находился под присмотром матушки и её приближенных дам. Лично направил заклятие браслетов-артефактов, над которыми по статусу имел некоторую власть, так, чтобы воины могли отследить Альвиана, если тот попытается улизнуть, или отклонить его приказ и избавиться от сопровождения таким образом. И всё же Виен знал, что сделал недостаточно, и Альвиан найдет способ сбежать.
Путь до поместья Эверсонов прошел без приключений. Они добрались довольно быстро, прибыв на час раньше назначенного времени. Встретившая их Мелания Эверсон была бледна, а глаза краснели от пролитых слез. Девушки могли отказаться от приглашения к чему переживать из-за нежелательной свадьбы, которая может и не состояться? Однако причина слез открылась достаточно скоро проклятый оборотень мог напугать и закаленных в бою воинов, так чего ожидать от юной леди?
Виен знал, что новости в земли лордов доходят порой слишком долго, и не мог не рассказать им о произошедшем с другими кандидатками. Эверсоны ожидаемо связали произошедшее в их замке с нападениями. Он и сам решил было, что проклятый оборотень в поместье был частью чьего-то заговора если принц не выберет невесту сейчас, следующая подходящая дата будет не скоро. Но этот случай выбивался из всех больше нигде не было задействовано неуправляемое проклятие. В других случаях вовсе не было следов участия магов.
О том, что маги давно пытаются взять под контроль это проклятие, Виену было известно. О его поисках и успехах маги Ковена не единожды сообщали на аудиенциях Его Величества. Другое дело, что не было никаких доказательств, что маги могут не просто контролировать, но и использовать остатки проклятия в личных целях. Хотя если бы был хоть один след, ведущий к магам, Виен мог бы предположить это и уделить в расследовании особое внимание одаренным.
Не страшно, подумал Виен, размышляя о невовремя проявившемся проклятии, значит напуганная девушка будет осторожнее в пути и не доставит проблем. Вот только служанка, которую наспех переодели телохранительницей
Случайных охотников за удачей она может и отпугнет, но случись серьезное сражение, будет лишь мешаться под ногами. Может она и умела держать в руках оружие, но уж точно не на столько, чтобы хоть сколько-то впечатлить даже лорда Эверсона. Будь она стоящим бойцом, лорд бы позаботился заранее, чтобы обеспечить ей место телохранителя возле юной леди Эверсон.
В любом случае, предстоящий отбор обещал быть веселым. Эта выскочка еще доставит проблем. Кто из них леди или её служанка? Обе хороши: одна переодевается телохранительницей, вторая верит в свою защищенность рядом с переодетой служанкой.
Глава 8. Ветер в поле
мои клинки в порядок. Желающих помочь оказалось достаточно.
- Ну давай, не подведи нас, девочка, - один из замковых стражников положил руку мне на плечо.
- Уж эта нас точно не посрамит, - засмеялся другой.
Мужчины, с которыми я не единожды пересекалась на тренировках, загалдели не хуже окруживших Эмму служанок. От чего я еще больше смутилась.
- Береги себя, - шепнул на прощание пожилой стражник и по-отечески обнял.
Наконец, Мелания распрощалась с родителями, помахала к Эрику, который так и не подошел к ней, и села в карету. Эмма устроилась в карете напротив Мелании ездить верхом служанка не умела. Тем лучше, думала я, Мелании будет, с кем поговорить в дороге. Следом за императорскими стражниками я заскочила в седло. Карета двинулась с места и покатилась к распахнутым воротам. Я вместе с другими всадниками направила лошадь за ней.
Лошади, запряженные в карету госпожи, бежали легкой трусцой, подгоняемые одним из императорских воинов, который сейчас выполнял роль кучера. Моя лошадка трусила рядом, и я видела в открытые окна, как улыбалась довольная выездом Эмма, сидящая напротив госпожи. Вскоре, утомленная событиями последних дней, Эмма задремала. Мне не было видно Меланию, но я была уверена, что и её сморило сном мерное покачивание кареты.
За пределы города я выбралась впервые с тех пор, как попала в поместье Эверсон. Воздух, в котором не было запаха свечей и городской суеты, пах свободой. От того душа наполнялась радостью. Хотелось пустить лошадь в галоп, ощутить яростные дуновения встречного ветра. Запах полевых цветов приятно щекотал нос. Поля и леса будто звали к себе, предлагали пробежать по ним, прикоснуться лапами к мягкому ковру травы и мха. Я ерзала в седле, не в силах справиться с переполнявшими меня эмоциями, возвращавшими меня во времена, когда я могла считать себя свободной - в детство, проведенное в родной деревне.