Помимо денег Мари припасла новые скатерти, постельное красивое белье да большой отрез на свадебное платье с длинным шлейфом, прекрасный зеленый бархат. Она хотела вышить на нем апельсиновые цветы и светлые листья по подолу, а из белого тонкого шелка пошить нижнюю красивую рубашку. Но вот не сбылось
Еще был сервиз из самого тонкого, полупрозрачного фарфора, очень дорогой и очень изящный. Мари купила его, подчинившись внезапному порыву, хоть он был и ужасно дорог. Тогда ей очень хотелось семью, чинную и с достатком жизнь. А из сервизных чашек она попивала б чай, как важная госпожа!
Размышления мои прервала Бибби, прибежавшая обратно с корзинкой и с моим плащом.
Я готова, госпожа! пролепетала она. Идемте. Только давайте поскорее, а то уже темнеет. Я не хочу, чтоб нас волки съели, или недобрые люди застигли. Все-таки, грибы этого не стоят!
***
Несмотря на дурную славу, лес был все-таки чудным. Прозрачный по-осеннему, приветливый. Воздух тут был свежее, холоднее, острее чувствовались запахи, и у болезненно-бледной Бибби даже щеки покраснели.
Справа и слева кусок земли, когда-то принадлежавшей иноземцу, ограничивался крепким забором. То соседи отгородили свои угодья от его, чтоб какая зараза колдовская не пристала.
Впереди виделся какой-то серый холм, поросший редкой рыжей травой все, что осталось от дома иноземца.
А прямо у дороги кто-то очень хитрый порубил деревья, и их пни встопорщились маленькими опятами и маслятами!
Ну, вот видишь, ободряя девушку, произнесла я. И ничего страшного тут нет. Наберем грибов и уйдем. Уж опята от поганок отличим?
Бибби не отвечала.
Трясясь, как осиновый лист, она торопливо срезала грибы, желая только одного поскорее убраться отсюда, пока люди лендлорда нас не застукали за воровством и не высекли, опозорив на весь город.
Я же отошла чуть дальше, к деревьям. Хотела поискать груздей. Быть может, мне удалось бы насолить их впрок?..
Но не успела я и углубиться в лес, как услыхала подозрительное хрюканье. Какой-то мелкий зверь возился и разрывал землю у самого забора. Там подгнила и разрушилась доска, и звереныш пролез в образовавшуюся дыру.
Совсем маленький дикий кабанчик, присмотревшись, поняла я.
Странно. Дубов тут нет, желудей тоже, зачем же он сюда залез? Что он там роет?
Рискуя быть разорванной в клочья мамашей мелкого свина, я осторожно приблизилась к нему и встала, как вкопанная! Потому что в наступающих сумерках я увидела такое, что голова кругом пошла.
Мне показалось, что все это таверна и Грегори,
мне приснилось. А сама я стою на колхозном поле над грядкой с картошкой. И кто-нибудь сейчас грубо крикнет: «Ну давайте живее, осталось немного!»
Картошка?!
Никаких сомнений быть не могло. Она росла тут в изобилии, вся земля бугрилась из-за крупных клубней, почти вылезших наружу. Плети ботвы висели пожухлые, но еще зеленые, и это определенно была картофельная ботва!
И все бы хорошо, только был один ма-а-аленький нюанс: тут, в этом городе, в этой стране, картошки не росло. Никогда.
Никто из местного населения никогда не пробовал картофель. Не знал картофель. Суп не варил с картофелем.
Так вот чем они травятся, пробормотала я, срывая алый вызревший плод с поникшей ботвы. Думают, это ягода, едят и травятся!
От звука моего голоса мелкий свин взвизгнул и рванул со всех копыт прочь, в ту самую дыру в заборе. А я упала на колени и ножом взрыла землю, умоляя небеса, чтоб мои догадки были верны. Только б это была картошка! И тогда голод нам не грозит!
И это оказалась она, родненькая!
Но кроме нее мелкий свиненыш преподнес мне еще один подарочек.
На самом деле, раскапывал он вовсе не картошку. В земле, словно комья грязного снега, сбитого в маленькие шарики, сидели трюфели. Невообразимо прекрасные, свежие и остро пахнущие трюфели!
Быть не может! прошептала я, дрожащими руками выкапывая гриб. Это же настоящее сокровище!
Так вот чем занимался таинственный иноземец! Вот на что он жил, вот что продавал в столице! Продавал заморские корнеплоды и редкие грибы!
Госпожа, все с вами хорошо? подала голос испуганная Бибби. Я набрала грибов, много! Идемте!
Сейчас! отозвалась я.
Ножом я накопала картошки, которая так и перла из земли. Видно, ее давно никто не выкапывал, она росла сама по себе, зимовала под толстым слоем листьев и снегом, и по весне прорастала снова.
Осторожно взяла и трюфель. Дома рассмотрю его как следует. Может, мне показалось? Может, это вовсе не дорогой редкий гриб, а вросший в землю мухомор?
Но интуиция говорила, да что там кричала! что я права.
Что это за коренья, госпожа? испуганно спросила Бибби, глядя, как я наполняю корзинку огромными клубнями. Отрава? Вы что, отравить Грегори задумали?! Да что ж такое! Я-то ведь здесь для того, чтоб не дать вам натворить глупостей!
Никого я ну буду травить, огрызнулась я, засыпая свою добычу грибами Бибби. Много чести!.. Давай, не болтай, а шевелись поскорее. Еще ужин надо приготовить.
Полил дождь, и мы мигом промокли до нитки. Но нам непогода была на руку; кто в такой ливень пойдет смотреть, куда это тащатся две нищенки, и что у них в корзинке?..