Старуха вдруг заволновалась.
А ты не сомневайся! воскликнула она. Не сомневайся! Готовь, госпожа, как для короля! Будет тебе клиент богатый!
Я сощурилась, взглянув в глаза старухи.
За добро добром? сказала я. Ханна с жаром кивнула.
Истинно так! Молись, госпожа. Пошли девчонку в лавку за всем необходимым. И ужин вкусный готовь. А я поворожу, поколдую. Будет тебе постоялец важный, или я не я!
И она отступила назад и словно растворилась во мраке
Не знаю, почему я поверила Ханне.
Полуголодной беззубой старухе, которую знала-то от силы пару дней.
Но в ее глазах была такая уверенность, такой живой и сильный огонь, что я ни минуты не колебалась.
Бибби-и-и! прокричала я. Все было словно в тумане. Помню, как приглаживала привычным жестом кудряшки на висках и глазами искала поварской колпак, но никак не находила. А сама уже повязывала привычно фартук и прикидывала, какая посуда мне понадобится. Бибби!
Девчонка вихрем скатилась по лестнице, топоча пятками.
Да, госпожа, говорит, а у самой глазища на пол-лица. То ли боится, что я умом тронулась, то ли тоже чует чего
За окном потемнело. Подул ветер, собирая темные тучи, вдали загрохотал гром. Обычное дело для осени. Но в сверкании молний я видела какой-то особый, зловещий и волнующий знак.
Беги в лавку, резко велела я. Кролика купи. Самого свежего, самого молодого!
Кролика? повторила сбитая с толку Бибби, зажимая в ладони очередной золотой.
В такой час, когда каждая монетка на счету, тратить беспечно золото на кролика? Верно, госпожа точно не вынесла. Тронулась умом.
И не только кролика, уверенным тоном произнесла я. Еще трав всяких приправ, уксуса винного. Масла свежего, сливочного, самого лучшего! И вина. Вина непременно.
Госпожа прошелестела Бибби побледневшими губами. Ее глаза медленно налились слезами, она судорожно зажала край фартучка так, что костяшки ее пальцев побелели.
Да шевелись давай! прикрикнула я уверенно. Важного гостя ждем! Успеть бы к его приезду
Важного гостя?! мордашка Бибби расцвела счастливой улыбкой. В глазах отразилась такая надежда, что мне на миг стало страшно. А вдруг старуха полоумная, наврала мне с три короба, а я ее и послушала? А вдруг эта прекрасная, отчаянная надежда Бибби на то, что мы выкарабкаемся, будет обманута? Вдруг все рассыплется, пойдет прахом, и не будет ни выручки за дорогие продукты, ни отложенных на черный день денег?
Страшно даже представить
После такого обмана действительно и жить-то незачем.
Но я отогнала эту страшную мысль, не дала даже тени сомнения овладеть мной.
Нет уж! Лучше верить безумию старухи и прожить этот день на подъеме, в радости, в деятельности, предвкушая успех и сытую жизнь, чем трястись, сомневаться и ждать краха!
Очень важного, строго подтвердила я. Комнату бы ему еще приготовить
Я успею! пискнула Бибби. Я все сделаю, госпожа!
Готовясь к важной встрече, я поднялась к себе и оделась в черное платье. Подумав немного, к нему приладила белый накладной воротник, широкий, с плоеными оборками. Ничего особенного, но вид у меня стал свежий и не такой унылый. Скромная и приличная женщина, думала я, рассматривая себя в зеркало.
Гром все грохотал над городком, когда вернулась Бибби, вся пропахшая дождем. В ее руках была огромная корзина, в ней было все, что нужно. Булькало масло в бутылке зеленого стекла, лежала свежая тушка кролика, завернутая в чистое полотно. Сливки белели в глиняном горшочке, под плотно прикрытой крышкой.
Не приехал еще? осведомилась она, оглядывая живым взглядом темный зал.
Я лишь качнула головой:
Нет. Ты успела. Давай живо наверх, взбей перину в лучшей комнате, что мы отмыли дочиста, за протопи там камин!
Бибби, радостно взвизгнув, помчалась наверх, а я потащила корзину к разделочному столу.
Разобрав продукты, которых было куплено
с ювелирной точностью, чтоб приготовить блюдо как раз одному постояльцу ох, уж эта Бибби, стерегущая каждый грошик, словно верная собака! я с удовольствием принюхалась к приправам.
Вино тоже тут было.
Осторожно я нацедила себе полкружки алого, густого, как кровь напитка, и попробовала.
М-м-м, вкуснятина какая!
Кажется, от него у меня губы сделались гладкие, лаковые, как накрашенные лучшей помадой. Хмель приятно одурманил ровно настолько, что расслабились напряженные плечи, и я принялась за готовку, беспечно напевая песенку.
За окнами громыхнуло и дождь ливанул стеной.
А на огне, в блестящей кастрюльке, у меня закипали густые жирные сливки, со шкворчанием жарился лук до золотистого цвета, пара хороших больших луковиц, и томилось главное блюдо в отличном котелке.
Кролика я порубила на куски и слегка обжарила на свежем масле с ароматными травами, чуть присыпала перцем. Сложила в горшок слоями, добавив травы, приправы, чищенный картофель и лесные грибы, чуть обжаренные на оставшемся после кролика масле, залила сливками и сунула в печь.
Из моих драгоценных трюфелей я задумала сделать соус на винном уксусе. Местные продукты мне нравились больше, чем те, к которым я привыкла. У них запах был густой, настоящий, насыщенный.
Поэтому соус получился на славу, а его аромат разлился по всей таверне.