Платье было едва заметно велико, а вот сапожки - впору. Когда пришла худенькая болтливая служанка, заплела ей две косы, перевив их цветными лентами, вплетя туда бусины, Танита невольно бросилась к небольшому грязноватому зеркалу на стене, оглядывая себя. Неужели это- она? Даже выглядит намного старше, серьезнее.
"Ах, простите, дан!"- запрыгала она на месте, подражая тем богатым дайнам, о жизни которых толком-то и ничего не знала-" Я согласна потанцевать с вами"- и она принялась, смеясь, кружиться по комнате. Наконец, устав, она остановилась-" Что вы говорите, дан? Замуж?".
У порога раздался смех. Вацлав! Лицо Таниты запылало- какой позор! Он всё видел.
-Да вы- будущая сердцеедка, "дана",- на сердце девочки сделалось тепло от того, как он назвал ее. Не " данкой"- " даной". Словно бы она была уже взрослой. Сарказма в голосе юноши наивный ребенок не уловил. Но тут же воин вернул её с небес на землю:
-Я сейчас лягу спать, а ты можешь поиграть - он бросил ей невесть где найденную тряпичную куклу. Словно она в них играет! - Жаль, ты грамоте не обучена. Так бы принес что.
Наглец! Умудриться столько раз обидеть- и самому того не заметить даже. Вон как устроился поверх покрывала и заснул мигом!
"Грамоте не обучена"- мысленно передразнила она Вацлава. А где им было книги-то взять? Заклинания- и те мама в памяти лишь хранила, хоть читать да писать могла. Ну, разве что еще в старых свитках. Да и для них, как и для деревенских книги- дорогое удовольствие. Нет, конечно, мама собиралась начать ее обучение, говорила, что пришла пора. Вот только...и девочка, обняв куклу, тихо заплакала, свернувшись в углу на стареньком кресле.
Выехали утром. К вечеру уже были у Славина- так назывался город, где правил Князь. Город да несколько сел вокруг него - всё принадлежало Князю. Привратники, сперва сурово поинтересовавшись, кто там, тут же бросились открывать, едва заслышав имя Вацлава и его голос.
Танита во все глаза смотрела на шумную толпу вокруг, на дома, так непохожие на деревенские. На наряды, что казались ей подчас невыносимо яркими, но прекрасными. Мужчины были в брюках, красивых жилетах и рубашках, в подчёркивающих стать сюртуках поверх всего. Женщины- о, те словно стая райских птиц. Наряды, украшения. Танита пару раз едва с лошади не упала, зазевавшись на очередной. Не поддержи ее Вацлав вовремя- так и рухнула бы на мостовую.
В замок Князя, что возвышался над домами, прибыли, когда девочка уже порядком подустала от пестроты в глазах. Ох и далеко же живет этот Князь, очень далеко. Впрочем, это свидетельствует лишь о его богатстве - вон, один город какой большой. И, почитай, ему принадлежит. Нет, формально, конечно, короне. А Князю - земля с деревнями и селами. Но всё же. Наверно, мама сумела договориться, чтобы её, Таниту, приняли прислуживать в замок. Это, конечно, звучало невероятно. В городе и своих желающих наняться в замок, наверняка, с лихвой хватало. Но если учесть, какие важные господа подчас приезжали к ним, то вполне могло быть правдой.
Замок оказался просто невероятно огромным. Наверно, с половину города. Слуг по нему сновало превеликое множество. Танита, восхищённая великолепием, вертела головой точно флюгером, что крутится в месяц великих ветров. Бахранские ковры на полу и стенах, шкуры животных, картины в резных квадратных рамах из морёного, покрытого лаком, дерева. Большие лестницы, высокие арки, длинные галереи, по каждой стороне которых было множество дверей и не меньшее
количество больших ваз с замысловатыми рисунками на пузатых боках. Узорчатые потолки, большие, качающиеся на длинной цепи светильники, с десятками свечей на витых подсвечниках в каждом, свисали сверху. Почти через каждый проход были окна, вокруг которых поистине волшебной рукой мастера размещены были железные драконы, львиные морды или головы диковинных чудовищ.
Великий Бог, сколько же здесь комнат? Вся деревня поместилась бы- да еще и место осталось.
Сурового вида слуга встретил их, кинув Вацлаву:
-Князь ожидает вас в главном зале.
Вот ведь быстро о них доложили!
Князь оказался седовласым мужчиной с пронзительным карим взглядом, будто в самую душу заглядывает. Вацлава он похвалил за героизм проявленный да новым начальником стражей сделал, а затем отпустил всё еще не верящего в произошедшее ошеломленного юношу лёгким кивком. Оставшись наедине с Танитой, что не знала, куда и деть себя от смущения - всё казалось " не так"- е так стоит, не так молчит, не так смотрит, Князь подозвал её к большому креслу, на котором восседал:
-Подойди ближе, дитя, хочу на тебя поглядеть.
Танита, нервно сглотнув, двинулась к нему. Взяв ее за руку, он долго всматривался в черты её лица, затем, хмыкнув, улыбнулся:
-Внешне на мать похожа, а взгляд - наш. Ну, поприветствуй же деда, внученька.
Танита, опешив, во все глаза смотрела на Князя, ища в нем признаки злой насмешки над нею, сироткой. Но тот был спокоен, даже слишком - молча глядел он на кроху перед собой, словно давал время принять его слова, осознать.