Итак, эльфы принялись за дело. Внимательно изучив мечты, воспоминания и недавние переживания мальчика при помощи щепотки-другой золотистого порошка, подобного тому, что мы уже видели у Духа Рождества, они навестили дом, где обитали дедушка и дядя мальчугана, и послали им счастливую мысль, что их внук и племянник не прочь будет получить в подарок роскошную модель боевого корабля - главное украшение витрины магазина мистера Уокера с Хай-Стрит. Оба: и дядя, и дедушка - души в мальчике не чаяли и тотчас же отправились к мистеру Уокеру, а от него - прямиком в уже знакомый нам особняк. Когда они со своей бесценной ношей торжественно переступили порог, эльфам на мгновение показалось, что цель их достигнута: глаза ребёнка блеснули, пока он с благодарностью принимал чудесный подарок, и сквозь туманный покров грусти прорвался лучик радости - но то было лишь мгновение. Едва первый восторг утих, мальчик вновь приуныл, и от него повеяло прежней печалью.
- И что же мы будем делать дальше? - беспомощно спросил самый юный из эльфов, с тревогой оглядывая своих товарищей.
- Я, кажется, знаю! - внезапно воскликнул другой. - Надо подсказать гувернёру, чтобы тот подарил нашему мальчику свою толстую книгу про всяких зверей и птиц - ту, что с большими цветными картинками. Она так ему нравилась! Он ведь очень любознательный - конечно, ему хочется не только игрушек.
Сказано - сделано. Однако, к немалому разочарованию эльфов, с книгой произошло ровно то же, что и с кораблём: сперва мальчик был рад-радёшенек получить её, но радость эта быстро поблёкла, а затем и вовсе испарилась.
- Ну а теперь-то что? Как же нам быть дальше?
Эльфы, растерянные, призадумались. Но, несмотря ни на какие сложности, обескуражить их было не так-то просто, и вскоре они с удвоенным рвением принялись испытывать новые средства, которые - они искренне на это надеялись - должны были в конце концов сделать мальчика счастливым. Однако ни замысловатые игрушки, ни сладости, ни время после чаепития, когда вся семья, по подсказке эльфов, собралась в гостиной и отец с матерью по очереди читали вслух увлекательнейшие рождественские истории, ни даже билеты в кукольный театр, чудеснейшим образом раздобытые в самый последний момент - ничто не могло надолго прогнать тоску, напавшую на мальчугана. Наконец, испробовав всё, что только удалось придумать, но так ничего и не добившись, эльфы решили найти Духа Рождества и попросить его помощи: уж если кто и сумеет сделать что-нибудь, то только он.
Тут эльфы замолчали и с ожиданием уставились на Духа Рождества.
- Ну так что же вы замерли? - воскликнул тот. Скорее ведите меня к этому мальчику.
И вот, поднявшись высоко-высоко над лесом печных труб, над скатами укутанных снегом крыш, над деревьями, спящими в своих снежных шапках, будто в белых ночных колпаках, и над недремлющими желтоглазыми фонарями, четыре волшебных существа поспешили
к дому грустного мальчика. Когда Дух Рождества, ведомый эльфами, заглянул в окно его комнаты, тот по-прежнему удручённо сидел среди своих чудесных книжек, сладостей и игрушек, и волны исходившей от него тоски были настолько сильны, что Дух сам едва не захлебнулся в них. Долго и пристально смотрел Дух Рождества на печального ребёнка; наконец, сделав эльфам знак подождать, он развернулся и скрылся в морозной ночи, не проронив ни слова.
Быстро и бесшумно летел Дух Рождества над городом. Сам он не смог бы точно сказать, куда именно держит путь, но какое-то чувство, указывавшее ему дорогу, говорило, что он движется в нужном направлении. Вдруг Дух Рождества замедлился, а потом и вовсе остановился: откуда-то снизу, из одного из крошечных двориков, каких было полным-полно в бедных районах города, на него дохнуло той же точно тоской, что исходила от того ребёнка из богатого особняка. Недолго думая, Дух Рождества спустился во двор.
Картина, представшая перед его глазами, была воплощением нищеты: двор - крошечный закуток, втиснувшийся между ветхими деревянными лачугами; обшарпанные, покосившиеся стены тяжело облокотились на полусгнившие подпорки-костыли; ставни на окнах перекошены; крыши давно прохудились; окривевшие печные трубы торчат под самыми невероятными углами. И всё же в этих окнах весело горит свет, а из скрюченных труб струится дымок: люди, населяющие эти шаткие карточные домики, по крайней мере на один вечер забыли обо всех своих тяготах и лишениях и счастливы в преддверии светлого праздника Рождества. Да, люди сегодня счастливы... но откуда же тогда эта едкая, безысходная тоска, разлитая в воздухе?
Пристально всматривался Дух Рождества в полумрак двора. Внезапно какое-то движение в самом дальнем углу, куда не падал свет из окон, привлекло его внимание. Он приблизился: за ржавым лезвием старой лопаты, одиноко прислонившейся к стене, притаился, весь съёжившись, крохотный, дрожащий мохнатый комочек. Да это же щенок!
У Духа Рождества сердце защемило от жалости. И кто мог быть настолько бессердечным, чтобы оставить это невинное, безобидное, беспомощное существо на улице, в голоде и холоде?! Ведь это бесчеловечно! Но Духу некогда было предаваться подобным размышлениям, да и незачем ему этим заниматься: его призвание - помогать, а не наказывать. Нежно и бережно Дух Рождества поднял с земли крошечный дрожащий комок и, прижимая к груди свою ношу, вновь отправился в полёт над городом.