Я никак не отреагировал на сообщение, лишь покосился на Юльку. Отец ещё вчера рассказал мне всё, взяв слово пока молчать и не приведи Бог, она догадается, что я был в курсе и не поделился! А ведь запросто, она ведь словно мысли мои читает
Но нет, обошлось Юлька даже не посмотрела в мою сторону, только прерывисто вздохнула. А вот Юрка-Кащей не сумел сдержать эмоций вскочил, едва не опрокинув кресло.
Но, как же так, Евгений Петрович? Уже ведь трижды сдвигали! А вдруг они там, на «Лагранже», не дождутся? Из последних сил ведь держатся ребята
Ну, этого мы точно не знаем. пожал плечами И. О. О. Связь со станцией удаётся установить крайне редко и буквально на считанные секунды. Всё, что нам пока известно что неделю назад все были живы и даже полны оптимизма.
А что им ещё остаётся? буркнул Кащей. Вот сообщите, что спасательная экспедиция опять откладывается посмотрю, куда денется их оптимизм
Потому-то мы ничего сообщать и не будем. А вам, Юрий, я бы посоветовал думать, что говорите хотя бы иногда.
В чём именно сложности? подала голос Юлька. Что-то случилось с обитаемым модулем?
Ясно, подумал я, слухи уже дошли. Ну конечно, происшествие такого масштаба при всём желании не скроешь
Именно. кивнул И. О. О. При буксировке почти готовой конструкции для стыковки с двигательно-энергетическим модулем пилоты буксировщиков допустили ошибку, в результате которой произошло столкновение с находившимся рядом орбитальным контейнеровозом. ДЭМ, к счастью, не пострадал, а вот жилого бублика, считайте, больше нет его обломки до сих пор собирают в окружающем пространстве. Так что, увы, эту часть работы придётся начинать заново.
Полгода, минимум. сказал отец. К счастью, на орбитальной верфи есть дублирующие узлы, а то бы и ещё дольше
Известие было по-настоящему скверным. Горстка людей, которые застряли на станции «Лагранж», заброшенной в невообразимую даль магией «звёздного обруча», таинственного инопланетного артефакта, каким-то чудом сумела продержаться почти год. И далеко не факт, что они смогут протянуть ещё почти столько же, в ожидании помощи с Земли которая не придёт вовремя.
Юлька с Кащеем засыпали И. О. О. и отца вопросами о подробностях аварии. Я же отмалчивался, рассматривая висящее на стене схематичное изображение корабля. Он слегка напоминал «Звездолёт, Аннигиляционный, Релятивистский, Ядерный» из любимого фильма: та же пара реакторные колонны, те же крылышки-пилоны с сигарами тахионных торпед разве что вместо пары зеркал-отражателей
на корме занял плоский брусок двигательного отсека. Но главное, бросающееся в глаза отличие заключалось в «бублике» жилого модуля, который располагался не плашмя, как у хрестоматийной «Зари», а в поперечной плоскости. Предполагалось, что он будет вращаться, создавая искусственное тяготение в половину земного; отсек же управления, размещённый в носу, в неподвижной части корпуса, этого удобства лишён.
Рядом со схемой корабля на стене висела большая художественно исполненная цветная фотография малой орбитальной станции «Герман Титов». Станции этого типа недавно начали производить серийно и размещать в околоземном и окололунном пространстве насколько мне было известно, к настоящему моменту было построено и выведено на орбиту три штуки. Они представляли из себя обычные трёхслойные «бублики» машинерия «космического батута» во внутреннем слое, вращающийся средний, с жилыми и рабочими отсеками, и неподвижный внешний, служебный. Размерами станции этого класса почти вдвое уступали хорошо знакомому мне «Гагарину» или окололунной «Звезде КЭЦ» их тахионное зеркало способно было пропускать сравнительно небольшие объекты, вроде пассажирских лихтеров типа «орбитальных автобусов» или стандартных грузовых контейнеров с помощью которых уже несколько лет велось текущее снабжение всей орбитальной группировки. Конечно, крупные объекты вроде частей конструкций космических кораблей и орбитальных станций в эти уменьшенные «батуты» попросту не пролезут но для станций подобного типа, по сути, типовых орбитальных модулей, которые можно переоборудовать для самых разных научных, производственных, даже туристических целей, этого и не требовалось.
Текст под фотографией информировал, что данная станция четвёртая в серии, носящая название «Валентина Терешкова», в настоящий момент находится на орбите, полностью смонтирована и готова принять «население» в составе тридцати человек. Отдельной, мелкой строкой приводились параметры станции рабочий диаметр «батута», диаметр внешнего, служебного кольца, масса покоя и рабочий объём. Я дважды пробежал эти числа глазами, после чего нашёл на соседнем плакате данные жилого «бублика» «Зари». Разумеется, я, как и все присутствующие в кабинете, давно выучил их назубок, и мог отбарабанить, даже если меня поднимут посреди ночи но ведь не мешает лишний раз убедиться, верно?
Скажите, Евгений Петрович, а зачем нам дожидаться, когда будет готов новый обитаемый модуль?
Простите, Алексей, что вы имеете в виду? И. О. О. посмотрел на меня с удивлением.
Я ещё раз оценил колонки цифр. Да, всё верно!
Именно то, о чём я спросил. По сути, что нам нужно? Жилой комплекс, желательно, с искусственным тяготением, то есть построенный по схеме «вращающийся тор». Такой вот, как эта станция.