Этот большой мир 4. «Врата в Сатурн»
Эпиграф
в более отдалённое будущее.
Лично я вообще не могу понять,
почему астронавты мечтают попасть
в межзвёздное пространство.
В ракете ведь будет страшная теснота.
Да и в питании придётся
себя сильно урезать.
Дж. Форман,
Из сборника
«Физики продолжают шутить».
'То, что казалось несбыточным
на протяжении веков,
что вчера было лишь
дерзновенной мечтой,
сегодня становится
реальной задачей,
а завтра свершением'
С. П. Королёв
«В космосе ничего не пропадает».
Станислав Лем
Часть первая «Та-та-та, Та-та-та, Мы везем с собой кота» I
За три дня до отправления (и ведь даже «до старта» уже не скажешь!), нас всех развезли по домам отдыхать, готовиться, прощаться с семьями. И вот я стою в прихожей нашей квартиры на улице Крупской, дом восемнадцать и не могу оторвать глаз от стрелки настенных часов, отсчитывающих последние минуты в родном доме
Жить с собакой это здорово, это замечательно. Весело, порой шумно особенно когда пушистое счастье начинает ни с того ни с сего гавкать с балкона на окружающий мир и мило-уютно-щенячно. Но в жизни с собакой есть один момент, который буквально бьёт тебя под дых, без замаха, на противоходе. Это происходит каждый раз, и ничего нельзя с этим сделать ни подстраховаться, ни привыкнуть
Самое сложное с собакой это уходить из дома.
Даже с такой, как у меня солнечно-золотистой, понятливой Маленькой Собаченькой, которая разве что человечьим голосом не говорит да и то, подозреваю, ленится Собираешься вот так в прихожей а она тихонько выцокивает когтями по коридорной плитке, садится рядом так, чтобы не мешать, и смотрит. Молча.
Эта ушастая поганка просто смотрит тебе в душу, слегка наклонив головёнку, и в этом взгляде без всякой коробочки-смыслоуловителя все видно. Весь спектр эмоций навсегда, навечно бросаемого живого существа.
«Ты же когда-нибудь вернешься, да?..»
И молчит. И лишь когда закроешь дверь, пойдешь к лифту будет скулить. И напрасно мама будет плясать вокруг неё с кусочком сыра слопает, облизнётся и продолжит. Тихо, жалобно. Обреченно.
И ничего этой лохматой вымогательнице не скажешь. Сама все понимает. Обычно ты знаешь, что вернешься через час или через день, и даже улыбаешься на прощание мол, не дрейфь, Собаченька, все будет и очень скоро
Обычно но только не сегодня. Да она ведь знает, куда я отправляюсь сама была там и не раз, а потому иллюзий в этой ушастой головёнке нет. Потому что я отбываю надолго. В космос. А её, прошедшую специальную подготовку, владелицу единственного в мире специального собачьего скафандра, обладательницу полудюжины титулов вроде «первая собака на Луне», «первая собака на орбитальной станции» «собака-рекордсменка по времени пребывания в космосе» и прочее не беру. Оставляю на дне гравитационного колодца. Надолго.
Вердикт ветеринаров окончателен и обжалованью не подлежит: длительное пребывание в условиях пониженной силы тяжести губительно сказывается на собачьих суставах. Они у ретриверов вообще слабое место, а тут усугубилось, добавило болячек, так что, ещё один визит на орбиту и обратно зверюга вернётся уже инвалидом. На Земле же суставы со временем придут
в порядок особенно если собака будет получать положенную долю физических нагрузок. Ну, с этим как раз проблем не будет: дед, отправляясь на охоту, каждый раз берёт её с собой, да и здесь, в Москве, хватает и парков, и собачьих площадок с таким же, как она, хвостатыми хулиганьём.
Стрелки еле ползут. Вот-вот из раскрытого окна раздастся требовательный гудок серебристая, «Юность» с эмблемой Проекта на борту поторопит замешкавшегося пассажира. Чемодан пижонский, на колёсиках и с выдвижной ручкой, украшенный той же эмблемой стоит у двери, а на мордахе у Маленькой Собаченьки вся печаль хвостато-ушастого племени. У меня тоже. Грустный момент, даже когда знаешь, что все будет хорошо и вернёшься, дайте только срок. Но, положа руку на сердце могу ли я сейчас пообещать это с полной уверенностью? И неважно кому золотистому чуду, что тоскливо смотрит на меня сейчас, маме, которая предпочла уйти в комнату, чтобы я не видел её слёз, или отцу, ожидающему меня внизу? Нет, а потому не буду даже и пытаться. Просто потреплю собаку по лохматой башке, крикну «мам, я пошёл!» словно вышел на четверть часа в соседний магазин и аккуратно прикрою за собой дверь.
«Юность» прощально квакнула клаксоном и зашуршала шинами в сторону улицы Крупской. Я поискал взглядом наши окна, помахал рукой маме вон она, у окошка, с платком у глаз. Отец деликатно отвернулся и делает вид, что изучает последний номер «Науки и жизни». Я устроился поудобнее и стал вспоминать разговор, состоявшийся два с половиной месяца назад и неожиданно перевернувший наши планы без преувеличения, сног на голову.
С постройкой корабля возникли непредвиденные сложности. Мы пока не стали объявлять официально, но вам, разумеется, следует знать.
После еженедельного семинара для будущих членов экипажа «Зари», отец нагнал нас меня, Юльку и Юрку-Кащея в холле конференц-корпуса и пригласил к себе в кабинет, на третий этаж нового здания Центра Подготовки. Там нас уже ждали. Кто именно, спросите? Конечно же, тот, кто обычно и сообщал нам все главные новости, так или иначе связанные с Проектом увы, далеко не всегда они были приятные