Без толку требовать от него верности, на словах, во всяком случае.
Ты знаешь меня не хуже, чем я тебя. Мы с тобой во многом схожи, с вызовом заглянула ему в глаза. Как думаешь, позволят ли мои моральные устои поступить с тобой так же?
Ты расстроена, в серых глазах сверкнула сталь.
Мужчина шагнул ко мне, но я ничуть не испугалась:
Измена это не сложно, Джон! храбро глядя ему в глаза, громче заговорила я. Я смогу возвращаться в твою пастель, смотреть тебе в глаза, вести себя просто и непринужденно. Точно так же, как, судя по всему, это делаешь ты
Хэнтон выглядел по-прежнему спокойным, хотя его хмурый взгляд был явно недовольным. Не то чтобы он воспринял мои слова всерьез Просто не понравился сам факт угроз в таком контексте.
Холодную неприятную тишину между нами нарушил негромкий стук в дверь.
Я громко сказала:
Войдите.
Дверь приоткрылась и в апартаменты вошел официант обслуживания номеров. На стол он поставил ведро с бутылкой дорогого шампанского и льдом, и два высоких бокала. И, не проронив и слова, вышел, закрыв за собой дверь.
Шампанского? невозмутимо предложил Джон.
Не откажусь, подошла к столу и, оттянув стул от стола, села.
В большие окна люксового номера били яркие лучи солнца. Раздался легкий хлопок, и по бокалам разлилось золотистое шампанское.
В вечер буднего четверга в ресторане «Мистраль» было не особенно многолюдно. Заведение, которое гарантировало для своих влиятельных и богатых клиентов безопасность от репортеров, чаще использовалось для деловых встреч, нежели для приятного времяпрепровождения и отдыха.
Мы с Евой одни за столиком у окна. Перед нами пустые белые тарелки со столовыми приборами. Сами блюда нам еще не подали.
Ты злишься на Джона? спросила Ева, и поднесла к губам крохотную чашечку с чаем.
Немного.
Взгляд сапфировых глаз стал недовольным, и она возмутилась:
Как ты так спокойно можешь к этому относиться?
А чего ты от меня ждешь? мрачно усмехнулась я. Я была его любовницей в то время, когда у него была невеста. Какой я была по счету? Даже задумываться не хочу!
И все равно ты не должна
В его поведении нет ничего необычного, отрезала я, прекратив бессмысленный спор.
Я упрямо смотрела на нее, в то время как она укоризненно смотрела на меня.
Ты самая странная из женщин, с замешательством бросила она. Знаешь, как бы я поступила?
Собрала бы вещи и уехала из дома?
Нет! Я бы заставила его уйти из дома, горячо объявила она.
Задумчиво улыбнулась. Такое получилось бы с Генри, но с Джоном Хэнтоном никогда.
Ева спросила:
Что ты намерена делать?
Найду любовника и поселю его в гостинице.
Любовница Джона живет в гостинице? нисколько не восприняв мои слова всерьез, спросила она.
Квартиры уже никто не держит. Сейчас модно селить любовников в гостиницах Не знаешь номер. На этаж тебя вот так запросто не пропустят. Ни на этаж, ни в лифт. Я стала замечать, что официант в белом смокинге поставил передо мной блюдо. Затем поставил такое же блюдо перед Евой. Когда он ушел, я опять обратила к Еве взгляд. Я стала замечать, что карточку постояльца мне приходится предъявлять едва ли не в каждой гостинице, в которой останавливаюсь.
Ева смотрела задумчиво.
Ну так обещание завести любовника, это серьезно? все-таки спросила она, взяв в руки столовые приборы.
Тут же покачав головой, сказала:
Нет. Я не собираюсь этого делать.
Взгляд у Евы такой, будто она понадеялась на другой ответ, хотя и не особенно на него рассчитывала.
Что? смутилась Ева, заметив, как я нахмурилась.
Ничего, не поменявшись в лице, протянула я.
Принявшись за блюдо, Ева увела разговор в другое русло:
с фирменным логотипом «Технологии будущего» на фюзеляже.
«Калибри» остановилась у трапа. Водитель обошел было машину, чтобы открыть мне дверь, но я его опередила. Поднялась из салона, и придерживая заднюю пассажирскую дверь в приоткрытом состоянии, с любопытством смотрела на самолет.
Обтекаемой формы и с длинными крыльями, изящный, этот самолет мне чем-то напомнил борт «Кэролайн Вэйст».
Бортпроводника у трапа не было.
Я подниму чемодан на борт, миссис Хэнтон, отметив ту же странность, взял инициативу в свои руки водитель.
Благодарю.
Захлопнув пассажирскую дверь, я поднялась по трапу.
Работали реактивные двигатели самолета.
В светлом салоне, рассчитанном на двадцать пассажирских мест, горел свет. Из радио на столе играла приятная оркестровая музыка.
Майкл? позвала я.
Я здесь! с самых дальних кресел вытянул руку Майкл.
Прошла меж пустых пассажирских мест через весь самолет, на ходу сняв с плеч свое тоненькое пальто.
Мы без бортпроводника? чуточку небрежно сложила я пальто в кресло.
Я разолью бокалы, если понадобится, поднял он ко мне веселый взгляд карих глаз. Улыбнулся самой обворожительной в мире улыбкой
Улыбка Майкла настоящее преступление! Первое время, помню, придерживалась правила: не смотреть на эту улыбку слишком долго. Но то было тогда, не сейчас. К улыбке Майкла уже давно отношусь спокойно.
Разольешь бокалы, значит? усмехнулась я, сев в кресло по другую сторону стола. И спросила с насмешливым любопытством: А чай приготовить сможешь?