прибывшим перепончатыми руками и заявляет: «Добро Пожаловать В Темнейший Уголок Новой Англии». Я с трудом удержалась, чтобы не купить кислотно-зелёную плюшевую тварь из сувенирной лавки, мимо которой проходила, хотя и представила, что эта игрушка восседает на моём рабочем месте и как она подойдёт к прочим моим фетишам. Но, вопреки этому китчевому зову, я ощутила отвращение, большее, чем когда-либо прежде. Тем более, что, несмотря на сувенирную лавку и приветственный знак, в этом месте всё ещё узнавался город, обращённый в руины в начале двадцатого века. Известные старинные достопримечательности оставались, пусть даже на главной площади прибавилось ещё несколько кафе. «Отель Джилмен-Хаус», крупнейшая городская гостиница, был отремонтирован до состояния потёртой роскоши теперь туда можно было пускать посетителей. Те, кто управляет Иннсмутом, должны понимать, что большая часть городского шарма а, значит, и их средств к существованию происходит из того, чем он был и это не следует вычёркивать.
Разумеется, я должна была остановиться в «Джилмен-Хаус». Даже при том, что у других гостиниц в этом районе были привлекательные названия: «Привал Овида», «Суматрай» и «Коттедж Элизы Орн», я сомневалась, что люди, которые в них работали, были местными уроженцами.
Я зарегистрировалась в фойе, увешанном плетёнными гирляндами из мелких кукурузных початков, окрашенных в различные оттенки красного, оранжевого и золотистого. Перед столом лежала груда толстых тыкв, с вырезанными гримасничающими лицами.
Войдя в свой номер, я обнаружила, что он благоухал пряным супом и сладостями, несомненно, по милости сезонно-тематического освежителя воздуха.
Сейчас я глазею из окна. В свете гаснущего дня Иннсмут довольно красив. Тем не менее, хотелось бы оказаться поближе к морю. Я поужинаю в отеле, а потом сделаю первые шаги по городу, без багажа истинное начало моего исследования. Я предпочитаю впитывать атмосферу места, настроиться на него чувствами, прежде, чем уловить его дух моей камерой. Однако, вполне позволительно сделать несколько снайперских выстрелов из телефона.
«Джилмен-Хаус» стоит на городской площади и первые снимки я сделаю из окна. Посреди площади стоит фонтан, с деревянными скамейками вокруг него. Там играют дети. Громадные каменные рыбы с безумными глазами изрыгают воду в широкую ракушкообразную чашу.
Предполагается, что старинные семьи Иннсмута вымерли или погибли, но за прошедшие годы от их династий выросли боковые побеги, из других, зачастую далёких мест. Может, они и самозванцы, но, с благословения муниципалитета, заполучили назад дома своих предков. Теперь они тоже стали частью туристической отрасли, пусть даже у них не выпучены глаза и заметные двойные подбородки вместо прискорбно отсутствующих жабр.
Согласно Олмстеду, когда он посетил этот город, то, в конце концов, ему пришлось бежать, преследуемым его чудовищными обитателями. Я полагаю, что, возможно, его изгнали из города, но, разумеется, лишь потому, что это было закрытое сообщество, несомненно, по кровному родству и терпеть не могущее, когда посторонние суют к ним свой нос. Скорее всего, многие из них были уродливы, по вине своей наследственности. Возможно, легендарный мореплаватель Абед Марш действительно привёз странные идеи из своих путешествий в Полинезию. Но чтобы обитатели Иннсмута скрещивались с рыболюдьми? Хотя эта идея импонирует тем, кто любит странности и загадки, я так не думаю. Признаю, возможно, они поклонялись богам моря и верили, что миссионеры тех богов рыбообразные создания, способные выходить на сушу. Тайный Орден Дагона, чей храм ещё стоит, несомненно, являлся ответвлением масонства, усвоившего новую религию, которую принёс в город Марш. Люди верили в это и город особенно рыболовство процветал; внушение мощная штука. Поверьте во что-то достаточно сильно и сделаете это истиной.
Без сомнения, происходило нечто неприглядное, побудившее правительство совершить облаву на город в 1927 году. Официальный отчёт утверждает, что причиной послужило бутлегерство и, несомненно, так и было. Бутлегеры оказали сопротивление и многие были убиты. Возможно, они спрятали часть своего добра под водой, что объясняет взрывы, якобы имевшие место рядом с Рифом Дьявола.
Я уверена, в этом есть правда, но и вымысел тоже, и принятие желаемого за действительное.
Однако, я должна открыться всем возможностям и искать. Я окунусь в атмосфере Иннсмута, разнюхаю его дух.
В «Отеле Джилмен-Хаус» элегантная столовая в эдвардианском стиле. Персонал молчаливый, но любезный. Ужин, который мне подали, оказался искусно приготовленными морепродуктами. Интересно, что подумал
бы призрак Роберта Олмстеда, сиди он рядом со мной и рассматривай это, с любовью обновлённое, здание. Нетрудно вообразить его тут, напротив меня. В поношенном тёмном костюме он выглядит несколько угрюмо.
Видите, Роберт, тихо говорю я ему, все ваши усилия оказались бесполезны. Город не затопило море. Известность, приумноженная вами, сделала его таким. Это блюдо просто отменно.
Оставшийся в памяти аскетом, если не скрягой, без сомнения, он не одобрил бы столь роскошный стол.