Экспекто Патронум!
Времени могло быть очень мало, Гриндевальд способен аппарировать сюда в любую секунду. Светящаяся рысь соткалась из воздуха, дёрнула ушами.
Президент Пиквери, прошептал Грейвз. Сообщи ей, где я.
***
Серафина, сколько мы с тобой знакомы?.. устало спросил Грейвз. Двадцать лет?.. Двадцать пять?..
Мадам президент поджала губы и скрестила руки на груди.
По сравнению с прежней дырой комната для допросов выглядела уютно: ни одного окна, откуда могло бы дуть, простые крашеные стены, стол, стулья и два угрюмых аврора по обе стороны от двери. Грейвз знал обоих: личная гвардия мадам президента. Кит Макдауэлл, рыжеволосый плечистый парень с лицом длинным, как струганая доска один из лучших боевых магов своего выпуска. Коррадо Манци, такой вёрткий и быстрый, что его все звали Змейкой превосходно владеющий ментальной магией. Грейвз когда-то сам отобрал их в авроры, натаскал, воспитал и поставил в охрану. Оба теперь держали палочки наготове. Не угрожали просто напоминали: вы, сэр, под стражей. Вы арестованы, сэр. Не делайте резких движений, и всё будет хорошо.
Мы познакомились в Ильверморни, Персиваль, сказала Серафина. Ты забыл?..
После нескольких вёдер веритасерума и ваших допросов с легиллименцией?.. Грейвз усмехнулся, глянув на Змейку. Тут имя своё забудешь. Я о другом. Ладно ни одна собака в отделе не заподозрила ничего странного. Я с подчинёнными не дружу. Но ты-то!..
Я тоже не дружу с подчинёнными, холодно сказала она.
Ясно, Грейвз кивнул. То есть всех собак вешаем на меня. Прекрасно.
Это ты позволил Гриндевальду занять своё место.
Скажи ещё я его и выпустил, съязвил Грейвз. Мне страшно захотелось провести пару месяцев на грёбаных островах Шолс в штате Мэн. Отвлечься от рутины, подышать морским воздухом. И я попросил Геллерта дружище, подмени-ка меня, пока я посижу тут связанным в заброшенном доме.
С этим уже разобрались. Ты не виновен в его побеге. Но ты виновен в том, что подставился, жёстко сказала она. Твоя обязанность была сидеть там, она кивнула на потолок, и заниматься стратегией, а не бегать за международными преступниками, размахивая палочкой! Ты давно уже не полевой агент!
У Серафины было отвратительное качество: чаще всего она оказывалась права. Это было что-то врождённое. Спорить с ней было практически невозможно: она доставала аргументы, как карты из рукава, и каждая пиковый туз. В юности была такой же.
Они дружили в школе, сближенные естественным интеллектуальным влечением. В старших классах Персиваль даже пытался ухаживать, что было принято ею весьма благосклонно. Дело дошло бы и до помолвки, если бы не одна проблема.
Персиваль не мог заставить себя зайти дальше романтических встреч и лёгких поцелуев. Фантазии о женском теле вызывали у него стоическое равнодушие. Мысли о круглой полной груди, мягких бёдрах и о том, что у женщин традиционно находится между ног, повергали его в уныние.
К сожалению, Персиваль Грейвз родился стопроцентным гомосексуалом.
К несчастью, он был последним Грейвзом.
Он считал своим долгом продолжить род, завести жену и наследника и не мог.
Конечно же, он пытался. Встречался с женщинами. С красивыми, умными, тонкими, чуткими женщинами. Проводил с каждой прекрасный вечер, флиртовал, пил вино, целовал И понимал, что у него не встанет. Даже если каким-то чудом довести себя до состояния готовности упадёт сразу, как только он окажется между раздвинутых женских ног и наступит момент, собственно, проникновения.
Он не чувствовал отвращения он чувствовал страшную скуку, будто женщины были вчерашними газетами. Он мог дружить с ними, работать с ними, флиртовать с ними но спать с ними он не мог.
Серафина, так и не дождавшись помолвки, тактично перестала ждать,
и они остались друзьями. Была ли она обижена, была ли она хотя бы влюблена Персиваль не спрашивал и не собирался.
Ты поставил магическое сообщество на грань катастрофы, сказала мадам президент.
Сидя связанным и под заклятиями? огрызнулся Грейвз.
Отправившись в поле, Серафина не дала увильнуть. Захотелось вспомнить молодость?.. Размять ноги?.. Заскучал на кабинетной работе? Если бы у Гриндевальда не было возможности занять твое место, многие люди остались бы живы! Генри Шоу. Вся семья Бэрбоунов. Я уже не говорю о том, скольких трудов нам стоило восстановить город и на какие компромиссы мне пришлось пойти с Международной Конфедерацией.
Грейвз уставился на свои пальцы. Серафина смотрела на него, принимая молчание за признание вины. Он кашлянул.
Криденс мёртв.
Криденс, изломанный и нелепый, как эти модные японские деревца в крошечных горшочках, мальчик с бесконечными глазами, вздрагивающий от простого прикосновения.
Вторые салемцы были отдельной головной болью Грейвза. Фанатики всегда опасны. Он поручил Тине приглядывать за ними просто приглядывать, мать вашу через колено! а она устроила такое светопреставление, что отдел забвения сбился с ног, раздавая Обливиэйты. Грейвзу пришлось самому заявиться в эту проклятую церковь ох, лучше бы он этого не делал. Он переступил порог и что-то чёрное, скомканное, вылетело на него из угла, как испуганная птица, врезалось в грудь.