Фея.Инкорпорейтед
Долг платежом красен
Сперва он подумал на ящерку, но подойдя ближе, только раскрыл от удивления рот: в траве копошился и никак не мог освободить хрупкие стрекозиные крылья маленький человечек. Это была не кукла, хотя по размеру было очень похоже: Софи, такая же беспризорница и помойная побирушка, как и Брок, как-то откопала на мусорке подобное. Та кукла была с наполовину оборванными волосами, чумазая и без одежки, но для Софи стала настоящим сокровищем. Девочка ворковала над ней, кутала в обрывки, подобранные на помойке, и защищала со всей присущей живущим на улицах беспризорникам жестокостью.
Но это была не кукла. Живая, хоть и крохотная, не больше десяти дюймов золотоволосая красавица. Ее крылышки запутались, и она никак не могла их освободить, не сломав.
Брок подошел, не веря своим глазам. Фея. Это фея? Как Колокольчик? В Питере Пене? Им как-то рассказывал старый Джо, до того, как помер.
Фея повернула голову и яростно зашипела, скаля целый частокол острых иголок-зубов. А Брок как-то вот сразу понял, что она до смерти боится.
Он мог ее вытащить, отнести взрослым, продать. Возможно, ему даже дадут денег, а не просто еды. Возможно...
Фея рванулась, жалобно вскрикнув, когда одно крылышко опасно затрещало, и Брок вздохнул. В нем еще жила вера в волшебство. В магию. В что-то лучшее, чем голод, холод и опасности со всех сторон.
- Не боись, - буркнул мальчик, осторожно распутывая переплетение веток и травы, ставшее смертельной ловушкой для волшебного существа. - Не обижу.
Он сам не знал, почему помог. Почему вытащил, держа на ладонях измученную долгой борьбой за свободу фею. Почему отдал ей хранимую за пазухой драгоценность: кусочек подтаявшего шоколадного батончика, подобранный у магазина. Почему отпустил, подбросив счастливо закричавшую красотку в ворохе пышных юбок в воздух.
Он потом долго вспоминал, как сухо трещали крылья, как смеялась фея, нарезая вокруг него круги, как неожиданно вспыхнула вся, словно светлячок, осыпав его пыльцой, как исчезла среди звезд.
Он вспоминал, пока не забыл.
Потом было много чего. И подростковая банда. И обучение у Таскмастера. И наемничество, ставшее профессией и стилем жизни. И насилие. И Гидра. А потом была неудачная миссия, откровенная подстава и списание руководством слишком наглых наемников, попытавшихся удрать, и Брок, проваливаясь в темноту, снова вспомнил шелест стрекозиных крыльев.
*****
Тир-на-Ног
С треском вспарывая острыми крыльями пространство, фея проскользнула в прореху между измерениями, таща за собой распадающееся облачко. Она бросила его на странно тяжелую гладь маленького пруда, и облачко застыло, перестав распадаться, а фея вновь метнулась сквозь барьер, ловя первую попавшуюся бабочку.
Она влетела в стайку пестрокрылых красавиц, замахиваясь дубинкой, но бабочки прыснули во все стороны. С отчаянием чувствуя, как утекает время, фея начала лупить дубинкой во все стороны сразу, подхватила первое попавшееся, почему-то крайне мохнатое тельце, и понеслась назад. Бабочка отправилась точно в серединку облачка, утягивая его на дно, стекленея и растворяясь, смешиваясь с прозрачными нитями, а до утомленной феи неожиданно дошло, что поймала она кого-то не того.
Но было уже поздно.
А потом прудик взорвался, и из него, отдирая от себя полупрозрачные канаты воды, выполз новый житель Изнанки или, как называли этот мир смертные, Тир-на-Ног.
Фея задумчиво опустилась на мерзлую землю, расцветающую радужными пузырями.
- По-моему, - золотоволосая красавица накрутила локон на когтистый тощий палец. - Что-то пошло не так. Даже учитывая Первородный Хаос.
- Это уж точно, милая, - прохрипел только рожденный фей, изумленно пялясь во вновь ставшую гладкой поверхность прудика. Темно-коричневые, почти черные с желтым крылья распахнулись во всю ширь, странно гармонируя со стоящими дыбом волосами и пожелтевшими еще больше глазами. - Не то, чтобы я не был рад, что не помер с концами, но все же... Почему бабочка?!
Между лопатками зверски зачесалось, Брок, пытаясь почесаться, заизвивался, задев бешено махающими крыльями поверхность пруда. Вода взметнулась вверх, застыв зеркалом. Мужчина моргнул, рассматривая себя.
В принципе, привычная картина: черная форма без опознавательных знаков, небритая рожа, шикарный ирокез и... два огромных крыла бражника Мертвая голова. Форма, на которую попала вода, больше похожая на ртуть, медленно менялась, превращаясь в доспехи, на нагрудной пластине проступило изображение черепа. На плечо перепорхнула фея, имени которой Брок так и не узнал.
- И кто я теперь?
- Фея, - мрачно буркнула красотка. Брок повернул голову, рассматривая ее в упор.
- А ничего, что я вообще-то не фейного роста?
- Разные феи бывают, - изрекла красавица. - А то, что дылда... У каждого свои недостатки.
И сердце - пламенный мотор
Броку всегда нравилось летать. Он с удовольствием прыгал с парашютом, никогда не боялся высоты и умел пилотировать все виды воздушного транспорта. А теперь, обретя крылья, Брок полюбил небо еще сильнее.
Хрупкие на вид крылышки оказались прочнее стали и легче пуха. Они запросто поднимали ничуть не полегчавшую тушу Брока в воздух, с гудением пронося его над землей. В общем, полет он освоил быстро.