Ксавье крепко ухватился на спинку кресла. Мир плыл и качался трехбальным штормом. Голоса пытались пробиться сквозь пуховое одеяло внезапно возникшей стены глухоты. Сердце судорожно, до боли сжималось неритмичными дерганьями, пытаясь выполнять свою роль, и вернуть на место сознание, машинально отметившее чей-то испуганный вскрик.
Запотевший стакан прохладой ткнулся в руку. Непослушные пальцы скользили по капелькам на стекле, не в силах обхватить стакан как следует, пока кто-то не помог не сжал пальцы сильным, теплым пожатием.
Зубы стукнули о толстый край, и рот полилась вода яркая, свежая, родниковая. Холодная до сведенных челюстей и очнувшегося разума.
Еще, хрипло попросил Ксавье неизвестно кого, протягивая стакан. Рука дрожала, но, вопреки всему, стыд из-за своего беспомощного и ощущающегося глупым состояния не появлялся.
Вода оказалась самой обычной, ничем ни примечательной, что позволило вздохнуть свободнее и окинуть взглядом друзей.
Кусающая костяшки пальцев побледневшая Анри, чьи рыжие волосы после всплывшего то ли воспоминания, то ли грезы, притягивали все больше. Потерявший невозмутимость Бертран, кажущийся взволнованным и не знающим, что делать с руками и оттого вцепившийся в лацканы своего пиджака. Кажется, в дверях, ведущих в заднюю часть дома, маячил испуганной куклой кто-то из слуг.
Ксавье залпом допил воду.
Мне нужно побыть одному. Надеюсь, вы меня поймете
Сад оставался таким же, как он его помнил ровные, подстриженные кусты и газоны, дорожки, посыпанные мелким красным гравием, хрустевшим под подошвами
ботинок, и вездесущие шпалеры с розами. Они до сих пор цвели, но в относительной прохладе осени, подбирающейся постепенно к зиме, запах переносился намного легче.
Побродив по дорожкам, Ксавье решительно свернул на траву прочь от сводящего с ума хруста, так напоминающего звук с наслаждением обгладываемых костей. Бесшумной тенью добравшись до одной из беседок, замер неподалеку от входа, вслушиваясь в тихие, приглушенные рыдания. Судя по всему, плакала девушка уткнувшись в платок, старательно давя все громкие всхлипы.
Анри неловкость в голосе Бертрана ясно ощущалась. Даже смотреть не нужно было, чтобы понять, как он мнется, не зная, что делать и не решаясь приобнять или как-то еще приободрить собеседницу.
Ты видел? девушка еще раз всхлипнула, шмыгнула носом и решительно продолжила: Ты видел, как он со мной обошелся? Просто ушел, и все! Нет, я так этого не оставлю!
Анри раздалось шуршание одежды ткань по крашеным доскам, ты пойми Ксавье хочет тебя видеть, просто Бертран замялся.
Просто он сошел с ума, решительно закончила за него Генриетта. Да, я знаю. И знаю, что он считает меня ненастоящей. Но я докажу ему, что это не так чего бы мне это ни стоило! Пойду с ним в этот проклятый дом, пусть сам убедится!
Накатившая дурнота от услышанного заставила Ксавье отступить на шаг назад. Он почти наткнулся на куст мирта, непременно выдавший бы его молчаливое присутствие друзьям, но остановился вплотную к темно-зеленой, плотной листве.
Вернооон тихий шелест оплел змеей ноги и растворился в зелени травы, утягивая за собой все силы. Юноша медленно, стараясь ничем не выдать своего присутствия, опустился на землю.
Ну и что ты этим докажешь? поинтересовался Бертран, сохраняя гробовое спокойствие.
Что все, что с ним там случилось ложь, от начала и до конца, как всегда порывистая и скорая на решения Анри отрубила все возражения одним махом. Мы там уже были. И что? И ничего дом как дом. Ну да старый, запущенный, страшный, жуткий, просто брр девушка невольно поежилась от воспоминаний, охвативших липкой холодной паутиной плечи. Но совершенно обычный. Никакой чертовщины, демонов
Комикс, перебил ее Бертран, и Ксавье невольно насторожился. Бертран так и не признался, откуда он его взял.
Солнце клонилось к закату, и земля, особенно рядом с высокими кустарниками и шпалерами, быстро остывала, забираясь ручейками холода под одежду юноши, выгоняя оттуда тепло.
А что комикс? раздраженно поинтересовалась Анри, отметая несущественные, с ее точки зрения, возражения. Обычно она при этом передергивала плечами, от чего становилась на миг агрессивной и беззащитной одновременно, и Ксавье всегда хотелось в такие минуты осторожно положить ей ладони на плечи защитить и успокоить. Но этот жест всегда являлся привилегия Жерара. Или его?..
Комикс я нашел именно там, где сказал Ксавье на чердаке дома.
Ой, подумаешь! фыркнула Генриетта. Просто у него сработала детская память, вот и
вот и нарисовал комикс с собой? ирония, с помощью которой Бертран старался внести ясность в ситуацию, уж без проблем сходила за сарказм.
Анри вздохнула и кротко, что уже должно насторожить, спросила:
Ты видел фотографии или какие-нибудь изображения мужа бабушки Ксавье? Того самого, которого его бабушка убила? Нигде нет ни одного портрета. Ни од-но-го, повторила по слогам девушка, выполняя на этот раз несвойственную ей обычно роль вносить разумность в происходящее. Откуда ты знаешь, может быть это он нарисован? А художник дорисовать не успел из-за того, что его эта чокнутая убила. Вместе со своим мужем.