Проклятие дома Вернон II
Прелюдия
Вернооон Вернооон еле слышный шепот разливался по всему дому, отражался от зеркал, накатывал прибоем, дробился, рассыпаясь перед кроватью крупным темным жемчугом. Тронь и оживет. Вернооон
Ксавье открыл глаза. Темнота, неприятная, болезненная, похожая на тяжелый сигаретный дым, распадалась на плавно перетекающие друг в друга облака. За ними явно что-то таилось, готовое проявиться в любой момент, чтобы А вот дальше думать эту мысль не желалось до жесткого спазма, крючившего пальцы, вцепившиеся в подушку.
«Так всегда бывает при полной луне, если неплотно задернуть шторы, мысль если не успокаивала, то привносила так необходимое равновесие. Так всегда бывает. Да».
Твердя про себя эту фразу, Ксавье медленно разжал пальцы и сел осторожно, словно опасаясь спугнуть кого-то или что-то. Белые пижамные брюки сливались с простынью, выделяясь лишь тонкими линиями, очерчивающими силуэт. Эта картина почему-то вызвала всплеск адреналина, заставила напрячься и провести рукой по горлу. Странный треугольный вырез у него никогда не было подобной рубашки. Длинные рукава. В белое обряжают покойников глупая мысль вызвала нервный смешок. Молчаливый. Не размыкая губ.
Вместо мягкости ковра обнаженные ступни коснулись пола бугристого, как неструганное, плохо обработанное дерево. Дрожь прошлась страхом по телу, но Ксавье все же упрямо заставил себя встать. Нельзя поддаваться какой-то странной пакости, упорно пытающейся свести его с ума.
Вернооон в шепот вплелся стон, манящий, зовущий наслаждением.
Или это только казалось?..
Сдерживая дыхание, Ксавье сделал первый шаг. К зеркалу. Он точно знал, что напротив кровати, на стене висит огромное старинное зеркало в вычурной оправе. Должно висеть.
Шаг.
Другой.
Сквозь собственный страх и озноб, пробегающий по телу каждый раз, как подошва касается неструганного пола, впивающегося в беззащитную кожу острыми краями неспиленных сучков. Слишком реального для сна.
Шаг.
Другой.
Облака расходятся, обнажая прячущееся за ними белое пятно, невольно заставляющее вздрогнуть.
Отражение.
Всего лишь отражение
Вернооон шепот морозит до нутряного ужаса и одновременно будит странные желания.
Еще шаг
Ксавье вцепился руками в гладкие завитушки оправы, повидавшие на своем веку не одно столетие. Сдерживая дрожь, всмотрелся в того, кто стоял напротив, так же держась за зеркало, как за последнюю опору.
Кто ты?
Чьи губы шевельнулись первыми вопросом? Его или отражения? Кто первым заставил другого сказать эту фразу?
Кто?
Темные провалы глаз, белая маска лица, слегка вьющиеся волосы до плеч неровно и криво обрезанные, впопыхах или неумелой рукой. Или ножом. Странная мысль пришла не сразу, заставив сжать руки еще крепче.
У него такие же? Или нет?
Кто?..
Отражение улыбается, и он вспоминает
Интродукция
музыкального произведения.
Громкое и противное «бип-бип-бип» будильника заставило подпрыгнуть на кровати. Сердце безумно колотилось в ребра, отплясывая сарабанду или какой-то другой дикий данс-макабр. Быстро растворяющиеся осколки сна ложились на губы горечью желчи. От нее хотелось избавиться как можно быстрее.
Ксавье с силой провел по рту тыльной стороной ладони, мучительно пытаясь не упустить последние воспоминания. Продолжающееся гудение будильника окончательно спугнуло их, отнимая последние капли надежды запомнить хоть что-то.
Хоть что-то
С досадой хлопнув по кнопке, отрубающей мерзкий писк, Ксавье кое-как сполз с кровати. Ковер. Он и должен лежать здесь. Но каждое утро живот сжимается тугой пружиной страха одним прекрасным утром не ощутить под ногами мягкие ворсинки.
Выдохнуть, напомнить себе о необходимости торопиться и сделать первый шаг. Почти ритуал, с которого в последнее время начиналось каждое утро.
Клубы горячего пара от включенного на полную мощность душа заполняли душевую кабинку, превращая ее в странное подобие зачарованного леса из детских сказок. Везде туман, не видно ни зги и куда идти неизвестно.
Уперевшись руками в стенку, Ксавье пытался прийти
в себя. Капли воды больно били по лицу, волосы липли к шее и плечам. Все это настоящее. Чувствуется от и до. Но глаза закрыты. Не только и не столько для того, чтобы защититься от напора воды, сколько чтобы не видеть. Ведь за паром неизменно проступает силуэт, отражающийся в темном коричневом стекле. Чей?..
Плетеное кресло скрипнуло, принимая на себя немалый вес Бертрана.
Ты плохо выглядишь, констатировал он, оглядев друга, и тут же сделал заказ подскочившему официанту: Белого вина со льдом и тарелку сыра.
Ксавье криво улыбнулся.
И я рад тебя видеть, Бертран.
Свое вино он уже давно медленно и неторопливо пил крохотными глоточками в ожидании встречи. Солнце милосердно дарило тепло, а не заливало все расплавленным жаром, как происходило еще с месяц назад. Город ожил и начал вспоминать, как жить по нормальному, а не прячась в тени в ожидании ночи, которая все равно не принесет облегчения.
Улицы вновь заполнились лотками с сувенирами и картинами, возле кафе и ресторанчиков появились столики, а клумбы, как по волшебству, разукрасились зеленью травы и разноцветными, радующими глаз цветами.