Да, голубчик.
Чем же мне заниматься всю оставшуюся жизнь? Я ведь больше ни на что не годен
Э-эх. Со всеми вами офицериками одно и то же. Давайте-ка лучше займемся насущным и не будем философствовать попусту. Наша с вами задача простая вернуть вам зрение, на этом, пожалуй, и сосредоточимся.
Через один день, наутро в палату заглянул младший врач Терентьев и передал Деничу подарок
от Вениамина Петровича. В маленькой коробочке лежало стеклянное глазное яблоко. После недолгих манипуляций с повязкой, промывкой места раны, Терентьев помог вставить искусственный глаз в левую глазницу поручику. Денич нацепил выданные ему очки и пулей выскочил в коридор в поисках зеркала. Он суетливо протер рукавом зеркальную поверхность, первый раз за все это время взглянув на себя. Его светлые волосы отросли и опустились ниже ушей, на лице оставались следы гематомы, борода отросла и спуталась, лицо бороздили неровные следы шрама, оставшегося от ожога. Искусственный глаз был хорош, тонкая работа, подумал Денич, с трудом отличая его от настоящего. Поручик почти вплотную прильнул к старому зеркалу, присматриваясь к себе сквозь большие линзы очков, в которых выглядел, как ему показалось, весьма и весьма глупо.
Все равно, все равно, дрожащими губами шептал Денич, главное я вижу, пусть хоть полы мести, зато не нищим на паперти
Дни сменяли друг друга, каждое утро лицо поручика то ласково поглаживали солнечные лучи, то накрывала свинцовая тень, падавшая от растекающихся по пасмурному небу облаков. Каждое утро он ходил в столовую, а затем на процедуры. С каждым следующим днем ему казалось, что крупные буквы, которые ему показывали врачи становились все крупнее. О том, чем и как он будет жить после госпиталя Денич старался не думать. Семья его была не богата, но за участие в боевых действиях и ранение было положено жалование, и голодная смерть поручику уж точно не грозила.
В палате вместе с поручиком лежало еще четыре человека. Одного тяжелого, чья рана источала зловонный запах гноя и лекарств, недавно схоронили, но на его койку тут же поступил новый раненный. Остальных Денич слегка сторонился, так как полагал, что не сможет сблизиться с людьми, которые стали свидетелями его беспомощности и отчаяния. Но новый раненный парнишка-солдатик понравился Деничу и они сдружились. Звали его Елисей Петрухин, родом откуда-то из ростовской земли, говорил с характерным тягучим оканьем.
И что, говоришь, значить, отомстили за капитана-то вашего усе-таки? почесав небритое лицо спросил Петрухин, уминая овсяную кашу за завтраком.
Я подробностей не знаю, но мой друг Георгий, говорят, он то ли пристрелил, то ли изрубил предателя.
А что за шпион-то этакий, откуда взялся?
Я толком даже и не припомню его, невзрачный какой-то, неприметный. Ну ни за что не скажешь. Ничем не выделялся, рожа как рожа, Денич сделал короткую паузу и кивнул в сторону солдата, как твоя прям.
Петрухин загоготал, эко ты сказанешь иной раз, обхохочешься, а я знаешь ли, завидую тебе, однако, господин поручик.
Вот дела, и чему же тут завидовать. Глазу стеклянному? Или окулярам размером с два блюдца? Я, не поверишь, на улицу выходить боюсь, думаю ворона заклюет. А второго такого глаза бесплатно уже не дадут, покупать придется. А денег-то нема, сам понимаешь.
Петрухин вновь захихикал, ох ты смотри, эхх-хэх-хэх, шутник выискался. Я думал офицеры все такие, как струна натянутые, как камень тупые.
Нечто мы не люди, а, обиженно ответил Денич.
Да люди, люди. Но сложные какие-то все правильные.
Так чему завидуешь-то?
Как чему? Хорошая рана у тебя.
Как дам сейчас, Денич шутливо замахнулся на солдата.
Да не обессудь, поручик, ты чего. Вот я в ногу ранен. Подлечат и опять под пули. А ты все. Отслужил и живи в покое, не бойся за то, что завтра будет. Билет о ранении в кармане! Жалование обещано, не пропадешь.
Денич махнул рукой, знаешь, мне лучше бы под пули. Не такой человек я. С юнкеров по этой стезе иду, другого и не знаю ничего.
Тю-у, не бреши, авось и найдется какое ремесло, чай образованный, не пропадешь.
Да поди уж. Жизнь покажет.
Точно говорю, как пить дать. Не сумлевайся даже.
Как скажешь, командир, Денич едва заметно улыбнулся.
Был в лазарете еще один необычный персонаж весьма расторопный унтер-офицер Богачов, по совпадению однополчанин Денича.
Денич смутно помнил его в полку, так как служили они в разных ротах и по роду службы их мало что связывало. Богачов получил ранение осколком гранаты в голову, прибыл с фронта не так давно и пока мало с кем был знаком. В один из дней в столовой он случайно услышал разговор Денича с Петрухиным и, поняв, что встретил однополчанина безумно обрадовался.
Господин поручик, здравия желаю! лицо вытянувшегося по струнке Богачева расплывалось в широкой улыбке.
Добрый
день, прошу прощенья, мы знакомы? ответил Денич.
До сих пор не были, но давайте же поспешим исправить это недоразумение!
Денич слегка оторопел от подобной прыти, и все же, выы?
Унтер-офицер 2го лейб гвардии царско-сельского полка Степан Богачов в вашем распоряжении!