Тебя никто не отпускал, солдат Эвердин.
Один из ее людей кладет руку мне на плечо. Вполне безобидное действие, но после арены любое прикосновение я воспринимаю в штыки. Вырываюсь, бегу по коридорам. Сзади слышны звуки борьбы, но я не останавливаюсь. Быстро перебрав в уме свои маленькие укрытия, заскакиваю в подсобку образовательного центра и приваливаюсь к коробке с мелом.
Ты жив, шепчу я, прижимая ладони к щекам. Мои губы растянуты в такую широкую улыбку, что она, должно быть, смахивает на гримасу.
Пит жив. Он предатель. Но для меня это сейчас неважно. Не имеет значения, что он говорит, как говорит и по чьему наущению. Главное, что он вообще способен говорить.
Через некоторое время дверь открывается, и кто-то входит. Ко мне подсаживается Гейл. Из носа у него идет кровь.
Что случилось? спрашиваю я.
Он пожимает плечами:
Преградил дорогу Боггсу.
Вытираю ему нос своим рукавом.
Полегче!
Я стараюсь сильно не нажимать. Промокаю, а не вытираю.
Кто это?
Да ты его знаешь. Правая рука Койн. Это он хотел тебя остановить.
Гейл отстранил мою руку.
Брось! Так я у тебя совсем кровью истеку.
Действительно, после моих стараний кровь уже не капает, а бежит ручьем. Лучше бы не бралась.
Ты дрался с Боггсом?
Нет, просто встал в дверях, когда тот хотел бежать за тобой, вот и получил локтем по носу.
Тебя, наверное, накажут.
Уже. Гейл поднял руку. Я смотрю на нее непонимающим взглядом. Койн забрала у меня телебраслет.
Закусываю губу, силясь сохранить серьезный вид. Все так глупо.
Сожалею, что
Прим улыбается.
Отличная идея. Конечно, это не полная гарантия, но так им, по крайней мере, будет труднее пойти на попятную.
Я чувствую облегчение, как всегда, когда решение окончательно принято.
Пожалуй, надо будить тебя почаще, утенок.
Я не против, говорит Прим и чмокает меня в щеку.
Постарайся теперь заснуть, хорошо?
И я засыпаю.
На следующее утро у меня 7.00 Завтрак, потом сразу 7.30 Штаб . Что ж, тем лучше. К чему затягивать? В столовой провожу рукой перед сенсором кроме расписания на ней указано что-то вроде индивидуального номера. Двигаю поднос по металлической стойке мимо котлов с едой. Рацион на диво стабильный миска горячей каши, чашка молока, что-нибудь фруктовое или овощное. Сегодня пюре из репы. Продукты доставляются с собственных подземных ферм Тринадцатого. Сажусь за стол он общий для нескольких семей беженцев, включая Эвердин и Хоторнов, и быстро уплетаю еду, мечтая о добавке, которой мне никто не даст. К питанию тут подходят с научной точки зрения. Ты получаешь ровно столько калорий, сколько необходимо, чтобы дотянуть до следующего приема пищи, ни больше, ни меньше. Размер порции зависит от возраста, роста, телосложения, состояния здоровья и доли физического труда в твоем расписании. Нас, беженцев из Двенадцатого, кормят все-таки немного получше, чем местных, чтобы мы поднабрали вес. Видимо, из тех соображений, что тощие солдаты быстрее устают. Что ж, результат налицо. Прошел всего месяц, а мы уже выглядим здоровее, особенно дети.
Рядом ставит свой поднос Гейл. Стараюсь не слишком жалобно смотреть на его пюре. Гейл и так часто со мной делится. Усилием воли отворачиваюсь и аккуратно складываю салфетку, но тут мне в миску шлепается полная ложка репы.
Прекрати так делать, ворчу я. Звучит не слишком убедительно, учитывая, что я тут же набрасываюсь на угощение. Нет, правда. Может быть, это запрещено.
С едой тут очень строго. Если ты, к примеру, что-то не доешь, то выносить это из столовой нельзя. Наверное, поначалу кое-кто пытался делать запасы. Людям вроде меня и Гейла, которые годами добывали пропитание для своих семей, здешние правила не по нутру. Пусть мы раньше частенько голодали, зато, если уж доставали еду, могли распоряжаться ею, как душе угодно. В каком-то смысле Тринадцатый дистрикт контролирует своих обитателей даже больше, чем Капитолий.
Что они мне сделают? Телебраслет уже забрали, говорит Гейл.
Я все еще пытаюсь что-то выскрести из миски, и тут меня озаряет:
А что, если поставить им такое условие, раз они хотят, чтобы я была Сойкой?
Чтобы мне разрешили кормить тебя репой? осведомляется Гейл.
Нет. Разрешили нам охотиться.
Глаза Гейла тут же оживляются, и я продолжаю:
Конечно, добычу придется отдавать на кухню. Но мы хотя бы
Заканчивать не требуется, Гейл и так все понимает. Мы могли бы выбраться наружу. Бродить по лесу. Быть самими собой.
Попробуй, говорит Гейл. Сейчас самый подходящий момент. Захочешь луну с неба, из кожи вылезут, но достанут.
Гейл не знает, что еще я собираюсь просить. Боюсь, это так же реально, как луна с неба. Пока раздумываю, сказать ему или нет, звенит колокол. Пора уступать места следующей смене. При мысли о встрече с Койн мне становится не по себе.
Что у тебя дальше в расписании?
Гейл смотрит на руку.
История ядерных технологий в образовательном центре. Тебя там, кстати, уже заждались.
Мне нужно в штаб. Пойдешь со мной?
Ладно. Если меня оттуда не вышвырнут после вчерашнего.
Мы относим подносы и выходим.
Думаю, надо включить в условия Лютика, говорит Гейл. Сдается мне, бесполезных домашних питомцев тут не жалуют.