В фольклористике неоднократно поднимался вопрос, какой из сборников сказок, изданных в XVIII в. наиболее фольклорный. Назывались «Сказки русские» П. Тимофеева (вероятно, привлекала сохранность фольклорных сюжетов), «Лекарство от задумчивости» (принималась во внимание, прежде всего, фольклорность стиля). Называлась в этом ряду и «Старая погудка». Нам кажется, что вопрос о большей или меньшей фольклорности этих сборников вопрос, не совсем корректно поставленный. Ведь у авторов не было цели передать в неприкосновенном виде фольклорную сказку, они обрабатывали, переделывали устную сказку, создавая новый вид ее сказку лубочную, предназначенную для занимательного чтения. Но если говорить о том, какой из сборников дает нам больше всего знаний о сказочной фольклорной традиции в XVIII в., то это, конечно, «Старая погудка» с ее разнообразием жанровых разновидностей и сюжетов сказок. Этот сборник таит в себе ряд загадок, разгадать которые еще предстоит сказковедам. Например, в нем много редких для русской фольклорной традиции XIXXX вв. сюжетов и редакций (версий) их. Почему? Так, мы привыкли к определенному набору мотивов
в цикле сказок о проделках хитрой лисы, дурачащей волка. А в «Старой погудке» набор другой и детали иные, хотя явно фольклорные. Может быть, в XVIII веке сказка была богаче, а под влиянием книги и «учебной» литературы эти детские сказки унифицировались?
Сказки, изданные в конце XVIII в., неоднократно перепечатывались в лубочных изданиях на протяжении XIX в., на основе их создавались новые редакции, они использовались при создании лубочных картинок. Эти сказки оказали влияние и на устную фольклорную традицию.
В данной книге, кроме «Старой погудки», представлено еще несколько сказок, выходивших отдельными изданиями. Тексты, за небольшим исключением, оговоренном в комментариях, печатаются по первым их изданиям.
Редактура текста осуществлялась по принципам, принятым в предшествующем издании сказок данной серии, и сводилась к следующему:
1) длинные речевые периоды, характерные для стиля XVIII в. разбиты на предложения;
2) введено деление текста на абзацы;
3) пунктуация и написание слов приведены в соответствие с современными нормами в тех случаях, когда это не нарушает своеобразия оригинального текста (устранен Ъ в словах, оканчивающихся на твердую согласную; «ять» заменена на е; окончания -аго на -ого в прилагательных родительного падежа и т. п.);
4) стилистическая правка применяется изредка при механическом пропуске в тексте слова или буквы.
К. Е. Корепова.
Старая погудка на новый лад
Часть 1
Предуведомление от писавшего сию книгу
Но может быть, некоторые начнут на меня за сие роптать, для чего я время употребил на то маловажное дело и для чего не занимался каким-нибудь поважнее, чем сею безделкою, к таковым следующие стихи препровождаю я вместо моего ответа.
1. Сказка о царевиче Артобазе Хиразовиче сильном, могучем богатыре
жили так дружно и согласно, как будто бы составляли одну только семью. Вельможи и министры охотно разделяли со своим царем бремя правления и сотрудствовали с ним в соблюдении всегдашнего блага общества. Одним словом, Бугжатской царь отовсюду был окружен предметами радости и удовольствия. Но все сии утехи не в силах были совершенно его веселить. Уныние его происходило от того, что уже два года прошло, как он сочетался с прекрасною царевною Другистаною, а он не мог еще получить от нее залога любви, ни сына, ни дочери, хотя всю казну свою истощевал на подаяние бедным милостыни и на приношение Богам богатых жертв, думая чрез то побудить их к милосердию и к дарованию ему сына, который мог бы служить ему в младости на утеху, под старость на перемену, а после смерти на помин души.
И так в смущении своем Бугжатский царь вздумал наконец обнародовать во всем своем государстве такое повеление, что ежели сыщется такой врач, который своим знанием и врачебными таинствами и чудными травами или другими какими дарами природы сможет доставить прекрасной царевне Другистане плодородие, того царь обещается наградить великими дарами и золотой казною и пожалует ему чин первого по себе министра. Сие повеление тотчас распространилось по всем городам Бугжатского королевства, по пригородкам, по селам и деревням. Узнали о сей царской воле все доктора, медики и все мелкотравчатые врачи; но никто из них не отважился покуситься на такое опасное дело, не желая лишиться своей головы, потому что в повелении было упомянуто также, что ежели кто приступит к сему с обманом, тот смертию наказан будет и жизнь его прекратится на поносном месте от петли.