Армия «Юго-Запад» Овчинникова. Она заняла стратегическую позицию на левом берегу Вислы, в месте ее поворота на
север, готовая действовать сразу в двух направлениях в случае вступления Австрии в войну наступать на Прагу или пожечь Галицию, захватить Львов и, перейдя Карпаты, вторгнуться в Венгерское королевство. Краков пока прикрывают чешские полки Мясникова, восстановившиеся после своего тяжелейшего похода через горы и постоянно пополнявшие свою численность за счет перебежчиков из Словакии, Моравии и Богемии. Славяне шли сплошным потоком точно также, как моя армия прирастала людьми под Оренбургом. Замучили немцы своим правлением, своим навязываемым католицизмом, поборами, нищетой, голодом. С уходом Генерала из Рудных гор Австрия покоя не обрела, напряженность сохранялась и готова была в любой момент прорваться.
И, наконец. Крымский корпус и войска Румянцева. Армии «Юг» из них не соберешь. Я вообще не хотел войны с турками, так получилось.
А что получилось? Румянцев форсировал Южный Буг, как только Сенявин отправился к Босфору и сжег Очаков. К нему в помощь прибыли батареи «Ракетниц», и наместник, не мудрствуя лукаво и не желая терять ни одного человека, просто снес с лица земли крепость с 20-тысячным гарнизоном. Горела она два дня и сильно напугала турков своим крахом. Сейчас фельдмаршал со своим войском должен быть в районе селения Хаджибей, где окопались запорожцы, бежавшие после разгрома Сечи.
Ну и, конечно, Босфор, блестящая операция Сенявина. Я неслучайно ему написал: действуй стремительно и без оглядки. Это называется «по кондициями». А то ли я ни помню, как постоянно выходило с затеей десанта в Проливах вплоть до того, как один адмирал получил карт-бланш от царя и повел свою эскадру в устье Дуная. И позже, аж до начала XX века, черноморские моряки не смогли удивить мир дерзновенным прорывом. А Сенявин смог ученый, воевавший. И не только прорвался в Босфор, но надежно запечатал выход из него в Черное море.
Крепкий Орешек Босфорский это теперь наш Гибралтар и одновременно нож у горла султана. Порта еще этого не поняла, еще надеется или самостоятельно, или с помощью союзников от него избавиться, сбросить русских в море, вернуть себе свободу коммуникаций и с Силистрией, и с южным Причерноморьем. А что будет, когда до Дивана дойдет, что потеряна связь столицы с устьем Дуная, включая крепость Измаил, с Синопом, Трабзоном, грузинскими владениями, с черкесами, которые везут рабов на продажу? Что затрещит вся торговля, вся военная логистика, все вассальные отношения? Да османы взвоют и побегут договариваться! И начнут нас уверять, что надежнее союзника и друга мы не найдем В очередной раз.
Лишь бы первую зиму пережить, когда не будет подвоза провианта из-за приостановки навигации. Срочно нужно изобретать морской пароход! Увы, такая посудина это не речная барка. Нужно время, чтобы создать рабочую модель, способную выдержать бури и крепкое волнение, но не зависящую от злого ветра.
Я совсем не удивился, получив европейский ультиматум. Босфорская операция окончательно переполнила чашу терпения Парижа и Вены. Для последней красной линией стала потеря Крымом независимости цесарцы постоянно, еще со времен Петра, заявляли, что не допустят, чтобы Крым был наш. Для французов сложившаяся ситуация это перспектива лишиться влияния в Османской империи. Вот они и выкатили мне документик из пяти пунктов. Немедленно покинуть Босфор, срыв все укрепления. Очистить Силезию и отвести войска от Одера. Подписать справедливый мир с Пруссией, оставив ей выход к морю в Задней Померании. Передать Австрии город Краков и Волынь. Согласиться на созыв нового конгресса, который решит судьбу как Речи Посполитой, так и Швеции, и принять мнение большинства.
А хо-хо не хо-хо
Я понимал, что отказ принять ультиматум будет означать начало большой европейской войны. И был к ней внутренне готов. С самого начал, с боя под Смоленском, знал, что этим все закончится. Само существование «новой России» угроза европейским монархиям.
Окинул последний раз взглядом карту и громко позвал Почиталина.
Новиков приехал? спросил я немедленно появившегося секретаря.
Господин министр ожидает в приемной. Чаевничает.
Вот и пусть пока чайком побалуется. И еще немного подождет. Хочу тебе надиктовать наброски приказов для армий, потом превратишь их в официальные документы.
Почиталин подошел к резному шкафу-поставцу, достал из него письменные принадлежности и, усевшись за мой небольшой рабочий стол, приготовился записывать.
Сперва для Сенявина. Крепкий Орешек держи твердо, туркам воли не давай, пугай их выходами эскадры ближе к столице, но в Царьград не лезь. Можешь для острастки султана расстрелять издали главные босфорские крепости Румели-хисар и Анадолу-хисар
быстро прибегут мира просить. Запомни: турки привыкли всякое предложение о мире признавать самым неоспоримым доказательством слабости или стесненного положения воюющей с Портою державы. Из того и исходи. Сами заявятся, скажешь: устье Босфора наше от бывшей крепости Йорос до Анадолу-фанари, будет теперь в Российской империи босфорский уезд. На противоположном берегу, европейском османам крепостей старых не восстанавливать, новых не возводить. И будет у нас тогда мир вечный, и никто не будет в обиде, и купеческим кораблям чинить препятствий не будем. Станем торговлю развивать, и с этой целью предлагаю вместе построить в районе бухты Хаджибей свободный торговый город со статусом порто-франко. Назовем его Одесса.