Неразбериха, потеря ориентации, плохое качество связи. Через шесть дней приедет Жуков и тогда установится жёсткий, даже жестокий порядок, а вот сейчас
Едем! Старшина Старогуб махнул танкисту рукой. Ты бы нам дал человечка, показывать
Да что там показывать после моста налево, и шуруйте себе! Главное, дождитесь, чтоб самолётов не было.
Мост покачивался, но всё же проехали удачно лишь у того берега вылетел, откуда ни возьмись, «японец», да и тот, завидев наши истребители, быстро рванул прочь. Правда, одну очередь всё ж таки дать успел, сволочь. Как раз по второй машине. Не взорвались, нет, но двух человек потеряли
Иван чувствовал, как в душе нарастает азарт. Вокруг чадило и пахло пороховой гарью. Возле самой воды, понуро опустив короткий ствол пушки, догорал подбитый японский танк. У левой гусеницы, вытаращив узкие глаза, лежал убитый японский танкист, сжимая мёртвой рукой короткий самурайский меч вакидзаси.
Дубов, поглядев, скривился тоже ещё, меченосцы херовы!
Проехав вдоль реки километра два, полуторка остановилась как предупреждал танкист, дальше следовало идти пешком и со всей осторожностью. То тут, то там постреливали в том числе прямо за ближайшей сопкой. Туда и пошли, по команде старшины растянувшись короткой цепью.
Воронки, серовато-зелёная трава, тусклое, в чёрному дыму, небо. В небе слышен гул самолётов. А вот здесь, рядом, за сопкой пулемётная очередь.
Вон они, обернувшись, тихо сказал старшина. Там, за камнями.
Он показал рукою на нагромождение серых булыжников на крутом склоне сопки.
Зайдём сверху и закидаем гранатами.
Так и сделали миг: и старшина с Дубовым и ещё одним пареньком-красноармейцем уже были на вершине холма. Осторожно проползли по склону, вытащили гранаты
Кидать по моей команде, шёпотом приказал Старогуб.
И тут вновь застучал пулемёт резко и неожиданно близко.
Ничего, ничего старшина ухмыльнулся, ухватившись за гранатную чеку. Достреляетесь сейчас, господа самураи
Стойте, товарищ старшина! неожиданно возразил Дубов. Это ж наш пулемёт, «Максим»! Японские трещотки как работают? Как швейные машинки тра-та-та А «Максим» утробно так, тяжко тах-тах-тах словно пестом белье на реке бьют.
А ведь и правильно! Старогуб согласно кивнул. Отставить гранаты! Ну, а коли ты такой умный, давай проверь кто там?
Иван осторожно как учили подполз к самому краю обрыва, крикнул:
Эй, вы кто там?
И поспешно вжался в землю, в любой момент ожидая очереди.
Нет, очереди не последовало.
Мы-то свои, а вот вы кто? с акцентом спросили из-за камней.
Пехота мы! обрадованно выкрикнул Дубов. Сто сорок девятый стрелковый полк! А вы?
Кавалерия.
Ну что там? Старшина Старогуб подполз ближе.
Свои, монголы.
Товарищи, вы наших сапёров не видели?
Там они. Стреляют слышите? Мы их прикрываем. Хорошо, что вы подошли. Давайте к нам.
Все трое пехотинцев проворно спустились вниз, к камням. Снова застучал пулемёт, поливая очередью видневшихся на склоне соседней сопки японцев. Ух, и много же их там было! Прямо кишмя кишели!
Второй номер расчёта невысокий молодой монгол оторвался от пулемётных лент, оглянулся и махнул рукой:
Вон там они, сапёры, в лощинке! Воды не найдётся, товарищи? А то кожух уже вот-вот закипит.
Иван без слов отцепил от пояса флягу.
Осторожно чтоб не обжечься паром залили воду в кожух ствола. И вовремя японцы как раз рванули к лощине. Сухо затрещали выстрелы.
Дубов, как и все, сдёрнул с плеча винтовку, прицелился, ловя на мушку приземистую фигуру самурая Кажется, офицер Ну да вон как мечом машет, видать, подгоняет своих
На миг задержав дыханье, Иван плавно потянул спусковой крючок
Ба-бах!
Своего выстрела он почему-то не услышал, наверное, от волнения. Лишь увидел, как, резко споткнувшись, упал в траву подстреленный самурай. Первый человек, убитый на этой войне Дубовым. Впрочем, человеком сейчас японец не воспринимался враг, а скорее просто мишень. Все они вражины ишь, черти косоглазые, позарились на чужую землю! Вот и получайте
Иван с ухмылкой передёрнул затвор
Японцев тогда отогнали, с потерями, но отогнали. А потом в командование вступил Жуков, с ходу бросив на обнаглевших самураев танковые части безо всего прикрытия отставшей пехоты. И снова японцы вынуждены были отступить! Но не унимались, пёрли вновь и вновь, словно стадо упрямых баранов. Самураи треклятые!
Пришлось закопаться в землю возле самой реки. И Дубов уже был пулемётчиком
Пара юрких истребителей,
внезапно вынырнув из-за облаков, обдала окоп свинцовым дождём очередью тяжёлых пулемётов.
Японцы! пронеслось по траншеям, и вместо того чтобы прятаться, бойцы высовывали головы, до боли в глазах всматриваясь в синеватую дымку за рекой Халкин-Гол. Неужто японцы снова решились пойти в атаку? А похоже, что так!
Японские истребители, зеленовато-жёлтые, с красными кругами на крыльях и не убирающимися в полете шасси, лихо развернулись и пошли на второй круг. Клонившееся к закату жёлтое солнце отражалось в их крутящихся пропеллерах нестерпимым блеском. И снова очередь, и тяжёлые пули взрыли землю перед самым носом Ивана.
Пригнись! пронеслась по траншеям команда, наверное, несколько запоздалая.