Сенная одна из самых спокойных улиц Квартала, но даже на ней всегда есть на что поглазеть. С нашего балкона виден перекресток Сенной и Сосновой. В угловом доме находится кафе «Гиршфельд» самое шикарное во всем Квартале. Там все очень дорогое, даже обычный кофе с цикорием. Туда приезжают всякие элегантные люди на рикшах, чаще всего после обеда. Несколько месяцев назад Дедушка работал в этом кафе и рассказывал мне, что да как, а несколько раз даже приносил мне оттуда пирожные. Это были самые вкусные пирожные в моей жизни.
Рядом с кафе стоит табачный киоск пана Брильянта. Иногда, когда пани Брильянт срочно нужно что-то от мужа, она выходит на наш балкон и кричит ему. Ноги у нее больные, зато горло совершенно здоровое она вопит так, что слышно даже на Панской, а это через две улицы отсюда.
С балкона виден тот магазин, где мы покупаем еду, а еще швейная мастерская пана Мордки с очень красивым и необычным манекеном на витрине. Необычный он потому, что выкрашен в странный цвет у него зеленоватая кожа, изумрудные глаза и темно-зеленые волосы с вкраплениями серебряной краски. Только рот красный, как у человека. Пан Мордка переодевает манекен два раза в месяц, шьет для него специальные красивые платья, и потом вся улица ходит на него посмотреть. У пана Мордки заказывают одежду только самые богатые и элегантные дамы, которые приезжают в кафе на углу Сосновой и Сенной, потому что наряды из его ателье очень дорогие.
За ателье, немного наискосок от нас, стоит разрушенный дом. От него почти ничего не осталось, только большая куча мусора туда угодила бомба, я помню, как она упала. Ну и все, собственно, следующие дома с балкона уже не особенно видны.
Я очень редко выхожу из квартиры, потому что Дедушка не разрешает. Он говорит, что обещал моим родителям позаботиться обо мне, и не хочет, чтобы я бегал по Кварталу там может быть опасно. Осенью, когда в Квартале открылись первые школы (до того их два года не было, из-за войны), я думал, что тоже пойду в одну из них. Правда, туда принимали только детей от восьми до десяти лет, но они бы, наверно, могли сделать исключение, если бы я их хорошенько попросил. А Дедушка сказал, что о школе и речи быть не может, потому что, во-первых, я слишком маленький, а во-вторых, наверняка я бы там сразу подцепил вшей или какую-нибудь болезнь. Я на него ужасно разозлился, даже расплакался от злости, но потом мне стало стыдно я же знаю, что Дедушка желает мне добра. Да и вообще школа мне не так уж и нужна, потому что Дедушка сам меня всему учит. Польскому языку, и истории, и другим вещам. Это он научил меня читать.
Я очень быстро всему учусь, кроме, увы, музыки. Дедушка пытался научить меня играть на скрипке, и мне очень понравилось. Он показал, как держать скрипку и смычок, как прижимать струны пальцем. Я играл целый вечер, а Дедушка сидел на стуле, смотрел и слушал. Когда доиграл (по-моему, получилось неплохо, я очень старался и был страшно доволен результатом), он сказал, что я, к сожалению, принадлежу к тому типу людей, чья игра доставляет большое удовольствие, однако лишь им самим. Я не совсем понял его слова, но стало ясно, что скрипачом мне не быть. Ну и ладно, я не особо расстроился останется больше времени на чтение. К счастью, после моих упорных постоянных просьб Дедушка наконец согласился отпускать меня в библиотеку. Сначала он очень долго колебался. Потом проводил эксперименты: я шел один, а Дедушка следом за мной, на большом расстоянии проверял, знаю ли я дорогу и не случится ли со мной чего. В конце концов все-таки разрешил, но после этого я еще дважды его застукал он тайком шел за мной. Я тогда очень рассердился.
А, и еще я иногда
выбегаю за покупками в магазин на Сенной, правда, редко только тогда, когда Дедушка никак не может сам туда пойти, а пойти надо, потому что как раз привезли что-то хорошее. Там еда продается по специальным карточкам, и ее не очень много. Обычно за покупками ходит Дедушка или сестра пана Брильянта, мы ей за это платим немножко.
Дедушка скрипач, когда-то он выступал в филармонии (это такое место, где на специальной сцене одновременно играет очень много музыкантов, а перед ними полный зал элегантно одетых слушателей). Филармонии больше нет, хотя в Квартале иногда устраивают концерты классической музыки. Но их слишком мало, чтобы зарабатывать на жизнь, поэтому днем Дедушка ходит по Кварталу и играет во дворах, а люди бросают ему из окон деньги и хлеб. Вечером он приходит в кафе или ресторан и играет там, чтобы людям, которые ужинают и пьют кофе, было веселее. Еще он выступает на разных вечеринках или в театре, но редко. А еще время от времени Дедушка учит детей, и даже взрослых, играть на скрипке. За час занятий ему платят пять злотых один час стоит столько, сколько библиотечный абонемент на целый месяц! Поэтому я считаю, что чтение стоит дешево.
Раньше я ходил с Дедушкой по дворам. Он играл, а я собирал в шапку или в льняной мешочек деньги и еду. Мне это нравилось, хотя приходилось много бегать. А потом Дедушку поймал на улице эсэсовец и побил. Побил не очень сильно, но я ужасно перепугался и разревелся, потому что был еще маленький. И тогда Дедушка сказал, что я больше не буду с ним ходить. Поэтому теперь я сижу дома и иногда волнуюсь, как бы с ним чего не случилось. Что поделаешь, нам нужны деньги, а Дедушка не умеет их зарабатывать по-другому только музыкой.