То, что я сижу дома, вовсе не означает, что я бездельничаю, у меня куча важных обязанностей! Например, я убираю нашу комнату, а иногда, если у нас есть еда, готовлю обед на кухне. Пани Анеля мне помогает, когда ей не очень грустно.
Еще я, конечно, читаю и много думаю. Об изобретениях и о ТОГДА. Это самое ТОГДА означает и прошлое, и будущее. Я думаю о том, что совершу ТОГДА, когда стану изобретателем и начну открывать всякие потрясающие вещи. Например, съедобную траву или лекарство от старости. Или сконструирую складные крылья, которые каждый сможет носить с собой в кармане и надевать, когда надоест ходить. По-моему, такое изобретение людям бы очень понравилось мне уж точно. Иногда я рассказываю о своих выдумках Дедушке, а он никогда не смеется над ними, даже над теми, которые звучат очень необычно. Дедушка говорит, что ученые и изобретатели это такие люди, которые умеют превращать возможность в реальность, а мои выдумки, хоть они и необычные, это возможности, то есть их можно осуществить, если знать как. А значит, я мыслю научно, и Дедушка считает, что когда-нибудь ТОГДА я непременно стану великим изобретателем.
Другое ТОГДА, о котором я думаю, касается того, что было раньше. ТОГДА не было ни войны, ни Квартала. ТОГДА можно было поехать из города в деревню, или в лес, или на речку, или даже на море. ТОГДА мы с родителями жили вместе на Саской Кемпе . Ну то есть, наверно, жили я почти ничего не помню, только отдельные моменты, но даже насчет них не уверен наяву это было или, может, приснилось. Папа с мамой уехали в Африку, когда мне было три года, а я поселился у Дедушки. Они думали, что это только на год, самое большее на два, пока они не обзаведутся своим домом, не устроятся там и не пришлют нам денег, чтобы мы могли к ним приехать. Но они не успели, потому что началась война. Поначалу они нам часто писали. Потом письма стали приходить реже, а когда появился Квартал, и вовсе закончились. Не потому, что родители перестали писать, я уверен, что они продолжают посылать нам весточки, но письма просто не доходят, потому что Квартал закрыт.
Наверно, ТОГДА было совсем не важно, какой ты национальности все смотрели только на то, что́ ты за человек. Каждый жил, где хотел, независимо от своей фамилии, цвета кожи, волос или глаз и независимо от того, во что верил. Почему я этого не помню? Ведь в четыре или пять лет человек уже умеет говорить и много чего запоминает!
Помню начало войны и бомбежки я их совсем не боялся. Дедушка уводил меня в подвал, но говорил, что это такая игра, и смеялся, и я смеялся вместе с ним. Когда где-то рядом падала бомба и все тряслось, а с потолка подвала сыпалась пыль, Дедушка объяснял, что это великаны играют в футбол, вечно они шумят, сущее наказание. Я верил в этих великанов, очень хотел на них посмотреть и жалел, что нельзя выйти. Но прятаться в подвале было тоже интересно, поэтому я не хныкал. Потом пришли немецкие солдаты и начали приезжать люди, которых выгоняли из местечек под Варшавой. Я и не заметил, когда появился Квартал
даже не заметил, что он вообще появился и что нас в нем закрыли.
Теперь мне кажется, что я всегда тут жил. Что Квартал был всегда и что еды всегда было слишком мало, а людей слишком много. И что война тоже была всегда. И всегда приходилось помнить о том, что надо бояться даже тогда, когда не страшно. Иногда я очень от этого устаю. Наверно, если бы я помнил родителей, реку, лес и нашу Саскую Кемпу, было бы намного легче жить. Поэтому машина времени мне бы очень пригодилась. Первым делом я бы отправился в то давнее ТОГДА и посмотрел, как все было, когда мы жили на Саской Кемпе. А затем в будущее ТОГДА, и посмотрел бы, что изобрету и когда закончится война. Ведь все говорят, что когда-нибудь война кончится а раз все говорят, значит, так оно и будет, хотя поверить в это трудно. Может, там в книге есть инструкция, как построить машину времени? Сразу после обеда, как только Дедушка пойдет играть в кафе, сяду читать. А пока что надо приготовить обед, а то уже скоро пять!
У пани Анели сегодня выдался хороший день, она помогает мне готовить картофельные оладьи. Они немножко расползаются, потому что у нас было только одно яйцо, но выглядят все равно красиво, а пахнут еще лучше. Я успеваю дожарить последнюю оладью как раз к приходу Дедушки. Он осторожно кладет футляр со скрипкой на тумбочку возле топчана. Эта скрипка самое ценное, что у нас есть. Ей уже очень много лет, и однажды ее хотели купить. Предложили столько денег, что хватило бы на новую машину! К счастью, Дедушка не продал скрипку, а то на что бы мы теперь жили? Ведь это было ТОГДА, а теперь уже нельзя иметь машину не только в Квартале, а и вообще во всей Польше. Дедушка моет руки и садится за стол.
Пальчики оближешь, говорит он, откусывая первый кусок. Чем ты сегодня занимался?
Ходил в библиотеку, отвечаю я.
Оладьи действительно получились неплохие, пани Анеля дала мне немного соли. Я быстро доедаю первую и кладу себе вторую.
Опять в библиотеку, бурчит Дедушка. Осторожно шел?