я сам посмотрю, кто там, и, оттолкнув Лаци, он выключил свет и вышел.
Йене плохо закрыл за собой дверь, и она, тихо поскрипывая, снова медленно открылась. Лаци стоял, прижавшись к стенке. Ночная прохлада и аромат трав приятно освежали. Выглянул в темноту. Лучи прожекторов беспокойно бороздили небо, хотя шум моторов нельзя было различить. Со стороны улицы долетали обрывки фраз.
«Забавно, подумал Лаци, я почему-то всегда представлял, что все это произойдет именно на рассвете. Всегда видел перед собой серый осенний рассвет и туман, который превращал двор, деревья, стены в нечто романтическое. А сейчас темная ночь».
Лаци напряженно вслушивался в тишину, которая теперь давила на него тяжелым грузом. Потом услыхал приближающиеся шаги Йене. Он шел один.
Лаци почувствовал, что на сей раз опасность миновала, но еще не смел поверить в это. Сердце бешено колотилось в груди.
Йене закрыл дверь, включил свет и протянул другу желтый лист бумаги.
И мне прислали повестку. Это был почтальон.
Лаци закрыл глаза, чтобы скрыть радость, которая в данный момент была явно неуместной.
Мы действительно упустили из виду, что и до тебя дойдет очередь.
Тетушка Риго зарыдала.
Что со мной будет, если и тебя заберут?..
Ну что ты, мама, перебил ее раздраженно Йене. Не в этом дело. Если будут искать меня здесь, найдут и Лаци. Во всяком случае, еще сутки в нашем распоряжении.
Друзья начали обсуждать сложившееся положение.
Завтра придет Магда, даст нам какой-нибудь адрес, и мы решим мой вопрос, сказал Лаци и, волнуясь, добавил: Но к сожалению, это не решит твою проблему.
Глупости, не сердись. Йене зашагал взад и вперед по комнате, заложив руки за спину. Неужели ты думаешь, что мы выгоним тебя на улицу?
До сих пор вы были вместе, Лацика, и дальше останетесь вместе, заметила тетушка Риго.
Давайте все отложим на завтра, устало проговорил Йене. Утро вечера мудренее.
Он разорвал повестку и бросил ее в печку. Тетушка Риго оставила парней одних. Она долго не ложилась спать: заботливо собирала сыну в дорогу белье и теплые вещи.
Я все больше убеждаюсь в том, что нам нужно поехать в Сигетчеп, сказал Йене так, словно после долгих рассуждений наконец пришел к окончательному выводу.
При чем здесь Сигетчеп?
Дело в том, что братья Шомоши снимают там комнату на хуторе у одного крестьянина-шваба. Летом они проводят там выходные дни. Рядом Дунай, тихий залив. Осенью и зимой дом пуст, так как хозяин живет в селе.
Крестьянин-шваб повторил Лаци. Его беспокоило, что он будет далеко от Магды.
Летом я разговаривал со стариком. Он не любит Гитлера. Говорит, что здесь у него хозяйство, семья. Куда ему отсюда деваться? Русские уже в Карпатах, и пусть его оставят в покое.
И все же это опасно Чужое село А как туда добраться?..
А если тебе здесь набросят веревку на шею?..
Проснувшись рано утром, Йене пошел к Шомошам, но по дороге зашел к Ачам, чтобы предупредить Магду.
Я думаю, Йене прав, сказала девушка, когда она пришла проститься с Лаци. Можно придумать и причину для вашего переезда: разбомбили ваш дом. Однако документы, хоть какие-то, надо раздобыть. В этом я могу помочь.
Они сидели рядом на диване. Лаци прижал к себе Магду, чувствуя теплоту ее девичьего тела. Только теперь он осознал, что ему предстоит разлука с ней на несколько недель, может, даже на несколько месяцев. До сих пор они всегда были вместе, могли хоть каждый вечер разговаривать, целоваться. Всматриваясь в серые глаза девушки, Лаци особенно остро почувствовал, как она дорога ему.
Я с тобой вот так просто расстаться сейчас
Здесь?..
Тетушка Риго ушла из дому.
Но может прийти в любую минуту.
Магда встала. Лаци скорчил горькую гримасу.
А если бомба сюда упадет или Все может случиться, и тогда, возможно, больше никогда не увидимся
Магда притянула к себе парня:
Дорогой мой Лацика, не говори про такие ужасы
Вскоре пришел Йене. Он говорил с Арпи Шомошем, и тот согласился, чтобы они пожили в его комнате; за комнату до рождества уплачено Одним словом, живут в селе две сестры, за которыми ухаживают братья Шомоши.
Йене покраснел, пока объяснял Магде, с какой целью снимается квартира, а Лаци не выдержал, чтобы не высмеять его.
Магда попросила у ребят их фотокарточки и ушла. Вернулась она к обеду. Принесла справки и удостоверения, что оба работают на военном заводе и потому освобождены от несения военной службы.
Теперь вы хорошо прикрыты, сказала девушка.
Ребята отправились в путь. До проспекта Шарокшари
то нам несдобровать.
Так-то оно так, но идти нам некуда.
Они поспорили несколько минут. Йене никак не хотелось уходить с этого места, а Лаци не терпелось поскорее вернуться в Пешт и узнать, что случилось с Магдой. Когда же Йене догадался, что за твердостью друга скрывается эгоизм влюбленного, он окончательно вышел из себя. Они уже почти решили, что один из них уходит, а другой остается, когда неожиданно нагрянула Магда. С волос ее струйками стекала вода, пальто промокло насквозь, обувь доверху испачкана грязью.
Я была бы здесь утром, но возле моста разбомбили путь. До сих пор чинили. Она села на стул и стала выжимать волосы.