- Да, конечно... Твоя же очередь...
- И здесь дело даже не в том, что мне надоело сидеть под этой черной хламидой, просто ты можешь наделать глупостей. пояснила я.
Джен обиженно засопела.
- С чего это? Мне кажется, это ты у нас мастер находить приключения, Мари!
Я усмехнулась.
- С того, что этот очкастый тебе понравился, Джен! Ты бы видела свой взгляд преданной собачонки!
- Я не... Да ты физически не можешь видеть, как я на него смотрю! заявила Джен.
Я фыркнула, показывая рукой на зеркало.
- Забыла?
Сестра приняла капитуляцию в молчании, а я мысленно себе похлопала. Молодец, Мари!
***
Едва Люк оказался на улице, смог втянуть побольше воздуха в грудь.
- Это она! Она! стучало сердце, заходясь в бешенном танце.
Оборотень, до того предельно сдерживающий свои чувства, сейчас вовсю упивался нахлынувшими на него эмоциями. Он и не надеялся уже встретить ту, чей запах заставит его волка сходить с ума! Забываться в удивительном наслаждении, вдыхая запах леса, хвои и смолы... Смотреть на нее, следя за каждым жестом, желать оберегать, и желать сгорать вместе с ней от страсти...
Однако, было в этом всем и нечто странное. Потому что к удивительному лесному запаху, исходившему от девушки, примешивался
еще один, ужасно его раздражающий. Запах лакричных леденцов. Люк с детства ненавидел лакрицу. Она казалась ему слишком непонятной, слишком приторной и слишком пряной.
Стараясь разобраться в чем дело, оборотень то и дело водил носом, разговаривая с девушкой. Может, она просто ела эти злосчастные карамельки? Или они были у нее с собой? Или плащ, в котором она была с чужого плеча?
Ответа на этот вопрос Люк так и не узнал. Лишь решил для себя, что девушку нужно как следует изучить, прежде, чем делать какие-либо выводы для себя.
Но и в этом была загвоздка. Потому что староста Йохарда был эмпатом, с легкостью читающим любое существо, устанавливающим с ним доверие и контакт... Вот только любое не означает риаси, не подвластную магии. И этот факт добавлял Люку переживаний.
Глава 4
- Можно? очкарик-староста спешил к нам с Джен, бодро неся на вытянутых руках поднос с едой ароматным гуляшом и квашенной с клюквой капустой.
Я к тому времени уже лениво ковырялась в тарелке, а потому посмотрела на мужчину без особого энтузиазма.
- Вообще-то мне больше по душе ужинать в одиночестве. Но... За вашу доброту я потерплю дискомфорт. сказала я и изобразила на лице Доброжелательный оскал 3.
- Колючка! вдруг обаятельно улыбнулся Люк и все же водрузил на стол поднос рядом с моим. Ничего, что я обращаюсь к тебе на ты? У нас в деревне принято обходиться без всяких этих расшаркиваний.
Так и подмывало сказать Нет, но я сдержалась.
- Хорошо. все же выдавила из себя я и уткнулась в свою тарелку, делая вид, что оооочень увлечена едой.
- Ты всегда такая нелюдимая? Вчера ты показалась мне более открытой.
В мыслях я мрачно усмехнулась. Ну-ну. Знал бы ты, что общался не со мной, а с моей болтушкой-сестрицей! Вот уж из кого прет оптимизм и вера в пушисто-когтистое добро.
- Просто иногда я бываю не в духе.
Люк кивнул и отчего-то взъерошил себе волосы на голове, шумно втягивая носом воздух.
- Ах! Как же необычно!
- Необычно? приподняла я бровь, опасаясь, что очкарик начал о чем-то догадываться.
- Да. Необычно. Ты риаси. А я эмпат. Обычно мне легко в общении с людьми, но не с тобой. Никак не могу прочитать твои эмоции и оттого чувствую себя едва не инвалидом! засмеялся он, обжигая меня взглядом и поправляя дурацкие лупы-очки.
- Увы и ах! Тут ничем помочь не могу. Способностью к перерождению не обладаю.
Напряжение и неловкость между нами росли. Я стала скорее доедать ужин, надеясь побыстрее отделаться от навязчивого собеседника, но не тут-то было. Люк оказался настырнее, чем я расчитывала.
- Ты любишь лакричные леденцы? вдруг спросил он.
- Что? я непонимающе уставилась на него.
Нет. Вопрос конечно же шикарен! А главное как точно в тему ужина попал!
- От тебя сильно пахнет лакрицей. Она примешивается к твоему запаху... пояснил оборотень. Просто необычно, и я подумал, что...
Сердце застучало как бешенное. Точно! Два запаха! Он же оборотень, а значит, должен чувствовать обеих... И это плохо! Очень плохо! Интересно, от кого из нас пахнет лакрицей...
- Обожаю! выпалила я скорей, как только поняла, что лучший способ защититься от внимания оборотня это подтвердить его мысли. Еще с детства без них жить не могу! Кстати, не знаешь, где их можно достать в деревне? А то у меня кажется начинается острая лакричная недостаточность...
Староста улыбнулся, а мне отчего-то захотелось его прибить, чтобы смазать с его лица эту дурацкую доброжелательность.
- Конечно, сладкоежка! Я видел их в лавке у Софи.
Меня передернуло. Ему что нравится придумывать людям клички? Колючка, сладкоежка... Скоро бобиком начнет звать или шариком.
- Я Джемма! У меня имя есть! все же огрызнулась я, поднимаясь из-за стола. Завтра приду с уборкой. До свидания!
И, прежде, чем Люк успел меня остановить, я дала деру из таверны, сделав оборотню на прощание ручкой.