Глава 2 Романы «альтернативной истории»
1
В условиях тоталитарного общества с его «единственно верной» марксистско-ленинской идеологией и «материалистическим пониманием» истории любая
и др.). В их произведениях практически нет политики, размышлений авторов над сущностью и особенностями исторических процессов и т. п. Побудительные мотивы, повлиявшие на выбор романистов, в данном случае следует искать не во внешних, социальных условиях, в которых формировалось мировоззрение того или иного автора, а, прежде всего, во внутреннем мире, специфике литературных вкусов и пристрастий и т. п. Зачастую интерес молодого литератора к исторической тематике является прямым продолжением его увлечений, хобби. Так, например, Свержин интересуется геральдикой, боевыми искусствами, средневековым оружием; А. Бессонов увлечен историей авиации времен Второй мировой войны, коллекционирует авиамодели. Эти интересы писателей нашли отражение в их книгах: цикле произведений Свержина о сотрудниках Института Экспериментальной Истории , романе Бессонова «Алые крылья огня ». Олди (Д. Громов и О. Ладыженский) являются глубокими знатоками античной и классической восточной литератур, что вылилось в создание ими нескольких историко-мифологических полотен: романов «Герой должен быть один », «Одиссей, сын Лаэрта », «Я возьму сам », «Мессия очищает диск », трилогии «Черный Баламут ».
2
А. В. ШмалькоА. Валентиновне то, что было на самом деле, а то, что случилось в стране и мире благодаря авторской фантазии«Сколько перьев истерли фантасты, справедливо указывает А. Д. Балабуха , сколько клавиш сбили до основания у своих машинок, сколько тысяч квадратных километров леса свели, излагая граду и миру свои взгляды на то, что случилось бы, выиграй Пунические войны не Рим, а Карфаген; не завершись проект Манхэттен в сорок пятом созданием атомной бомбы; образуйся в Крыму врангелевских времен нормальная демократическая республика Продолжайте сами этим перечислением можно заполнить не один десяток страниц.»[10, 504]
Наиболее развернутую аргументацию встречаем у В. Звягинцева в его цикле «Одиссей покидает Итаку ». Д. Арбатов (Е. Харитонов) справедливо отмечает, что
«Василий Звягинцев на редкость самобытно подходит к жанру. Он не рисует мир вопроса Что было бы если? как свершившееся. Его вопрос несколько иного порядка: Что будет, если попытаться изменить историческую действительность извне? Именно этим и занимаются герои Одиссея.»[5, 8]
Герои цикла используют точки, пригодные для межпространственных переходов, для перемещения из одной параллельной реальности в другую. При этом, однако, они не могут гарантированно попасть в точку отправления. Таким образом, в результате их путешествий во времени и пространстве образуются все новые и новые альтернативные миры.
Если у Звягинцева альтернативные миры существуют сами по себе, независимо от воли человека, то у Кира Булычева они являются результатом путешествий хрондесантников. Для иллюстрации своей теории автор «Реки Хронос » прибегает почти к тем же аргументам, что и автор «Андреевского братства». Так, путешественник во времени Теодор объясняет Лидочке Берестовой суть вопроса:
«Несть числа Землям и Вселенным. Пока мы существуем в своем, единственном, где нам суждено родиться, жить и умереть, мы не подозреваем, что могут быть иные миры. А эти миры есть Представьте себе вокзал. От платформы отходит поезд. Он движется по одному-единственному пути. Но за пределами станции от этого пути начинают отделяться другие, тупиковые. Если ты едешь по главному пути, то рано или поздно попадешь в пункт назначения. Если ты ошиблась и свернула на развилке в сторону, ты попадешь в тупик Представьте, что ваш поезд избрал ложный путь. Сначала вы не почувствуете разницу ведь за окном тот же пейзаж. Те же дома и деревья. Но по мере того как пути расходятся, меняется и пейзаж за окном. И через час пути из Симферополя вы видите из окна не Джанкой, а Карасубазар.»[29, 440441]
«Есть целый ряд признаков, по которым можно понять, находишься ли ты в мире основном, на главном пути, либо попала ненароком в ответвление». Главное, нужно запомнить: «чем дальше расходятся колеи исходящих миров, тем больше накапливается в тупиковом мире несуразностей, нелогичностей, тем ближе он к саморазрушению. Вы не найдете отличий в первый месяц, может, даже в первый год раздельного существования, но постепенно начинают нарушаться причинно-следственные связи.»созданные на перелете, подверженные катаклизмам и нелогичным тенденциям развития, могут стать опасными основному миру[29, 441442]
Как видим, понимание различными представителями «старшего поколения» писателей проблем «альтернативной истории», в сущности, почти одинаково. Оно исходит из материалистического представления о Времени и Пространстве, идущего еще от учения Фонтенеля о множественности миров. Совсем не так представляют себе это представители «среднего» и «младшего» поколений.
Причудливое переосмысление отношений между микрокосмом и макрокосмом находим у В. Рыбакова. В романе «Гравилет Цесаревич »