Так, уже в 30-х годах XIX в., когда происходило становление фантастики в русской литературе, некоторыми писателями были предложены модификации жанра. Среди них особенно выделяются сочинения О. И. Сенковского «Фантастические путешествия Барона Брамбеуса », М. Н. Загоскина «Искуситель » и А. Ф. Вельтмана «Светославич, вражий питомец ». В первом случае мы сталкиваемся с оригинальной для русской фантастики попыткой нарисовать картину мира, история которого диаметрально отличается от той, которая зафиксирована в общеизвестных источниках по истории Земли («Ученое путешествие на Медвежий остров »). Правда, на поверку все повествование об альтернативном мире оказывается мистификацией, шуткой. В романах Загоскина и Вельтмана ход истории остается неизменным. Однако причины тех или иных ее событий авторы объясняют не с позиций историка, а вмешательством различных таинственных, зачастую потусторонних, сил. Именно на таком подходе основано большинство из современных фантастических романов, относящихся к типу «криптоистория».
В 1920-е годы некоторые писатели-фантасты, движимые желанием поскорее «разделаться» с мировым капитализмом, пытаются конструировать историю в «нужном направлении». Одной из наиболее заметных и удачных попыток в такого рода является роман В. В. Гиршгорна, И. И. Келлера и Б. С. Липатова «Бесцеремонный Роман ». В основу его сюжета положена идея путешествия героя во времени и вмешательства его в ход истории с целью приближения торжества всемирной революции. Однако, как и почти всегда в романах альтернативной истории, авторы заходят в тупик, не зная, чем завершить повествование. Ведь в реальном мире ход исторических событий изменить нельзя. Поэтому вся история Романа Владычина, который помог Наполеону выиграть битву при Ватерлоо и создать сверхдержаву, объявляется плодом фантазии трех его друзей-писателей, а «реальный» изобретатель машины времени гибнет при первом же испытании
своего аппарата. Книга заключает в себе элементы памфлета, шаржа. Здесь высмеиваются идеи социалистов-утопистов, слышна ирония не только по адресу идейных противников (Керенского), но и вождей мирового пролетариата (Маркса). Вероятно, поэтому роман никогда не переиздавался.
С 1960-х годов важным элементом научно-фантастического литературы становится историзм. Разгадка тайн прошлого предоставляла писателям-фантастам возможность выявления истоков культуры человечества. К историческим сюжетам обращается много авторов. Наиболее типичные образцы историко-фантастического жанра этой поры находим в творчестве Е. Л. Войскунского и И. Б. Лукодьянова. Здесь исторические отступления служат для мотивации некоторых сюжетных ходов, объяснения технических загадок (нож, свободно проходящий сквозь предметы, в «Экипаже Меконга ») или для дополнительной характеристики главного героя («шумерские» страницы в «Уре, сыне Шама »). В то же время в романе «Очень далекий Тартесс » присутствуют явные элементы «криптоистории». Соавторы воссоздают историю расцвета и гибели древнего города, по преданию основанного выходцами из легендарной Атлантиды. Тартесситы, владевшие секретами мощного ядерного оружия, неосторожно применяют его в ходе гражданской войны, и это приводит к глобальной катастрофе. Таким образом Войскунский и Лукодьянов объясняют загадку исчезновения Тартесса в VI в. до н. э. Роман в значительной мере политизирован, что является признаком времени эпохи «холодной войны» и гонки вооружений. Это в большей степени политическая сатира, памфлет против поджигателей войны, чем подлинно историческое полотно.
Непосредственным же создателем романа «криптоистории» можно считать А. П. Казанцева, написавшего трилогию «Клокочущая пустота » («Гиганты ») о деятелях европейской культуры XVII в. Пьере Ферма, Томмазо Кампанелле и Сирано де Бержераке. Здесь соединились элементы художественного анализа исторических событий и явлений со смелым полетом фантазии. Писатель выдвигает фантастические гипотезы, объясняющие те или иные загадочные факты в биографиях своих героев. Так, де Бержерак по происхождению является потомком «носолобых» космических пришельцев, упоминания о визитах на Землю которых сохранились в древнеегипетской (бог Тот) и латиноамериканской мифологиях. Таинственные же знания Сирано о всевозможных технических приборах, появившихся через несколько столетий после его смерти (телевизор, радиоприемник, ракеты), Казанцев объясняет непосредственными контактами героя с инопланетянами и его реальным путешествием на другую планету.
Говоря о традициях и влиянии отечественной фантастики на русский историко-фантастический роман 90-х годов XX века, нельзя пренебрегать и мощным воздействием на него переводной литературы, прежде всего, послевоенной американской фантастики. В произведениях русских писателей можно встретить следы влияния книг таких признанных мастеров жанра, как Гарри Гаррисон и Пол Андерсон. В творчестве последних немало места занимают сочинения на исторические сюжеты. Гаррисон дал яркие образцы «альтернативной истории» («Эдемская» трилогия , «Время для мятежника »), на стыке «альтернативной» и «криптоистории» написана «Фантастическая сага ». Большое значение для становления русской исторической фантастики 1990-х имело и знакомство писателей с циклом Андерсона о Патруле Времен. Мотив спасения земной цивилизации от угрозы искривления русла реки Хронос становится основой для фабулы многих русских историко-фантастических романов последнего десятилетия.