В шубе? не понял я.
Вот именно! В шубе! Летом! У Христони там конечно народ совсем с пропитыми мозгами трется, могли и в шубе ходить Но никакой шубы нами найдено не было. Только польты, поеденные молью, он так и сказал: «польты». Но если был там пятый, тот который из лишнего стакана пил он мог в ней и уйти И что мне теперь ходить по улице и спрашивать у всех подряд, не видали ли они мужика в шубе? Скажут всё! Поплыл Олежа! Свистнула фляга! Соломин сделал досадливую гримасу.
Олежа? Вот так новости! Так его Олег зовут! Сколько я Соломина знаю год? Два? Даже статьи с его участием писал, а всё как-то по фамилии да по фамилии Или по званию! Стыд-позор вам, товарищ Белозор! Кто тут у нас выступает за внедрение личностно-ориентированного подхода в журналистике и против загоняния Загнания Короче, против того, чтобы загонять эту самую личность в рамки профессиональной функции?
Олежа,- сказал я как можно более душевным голосом. А ты можешь спросить у Антонины в следующий раз, как встретитесь, не видала ли она в тот день лешего?
Квадратные глаза Соломина это отдельное произведение искусства.
Германушка, елейным тоном проговорил он. Иди ты в жопу.
То ли дело реализм: что вижу то пою. Стол, стул, дерево. Москва столица нашей Родины. Пломбир на вытянутой руке, стекающие по пальцам капли мороженого, через дорогу ларек с надписью «ПИВО», тут же короткие юбки, загорелые ножки, запах мокрого асфальта, шелест ветра в кронах деревьев, сгоревшая и зудящая кожа на шее И читатель сразу понимает, о чем идет речь, вполне себе натягивает сову авторского текста на глобус собственного опыта!
А каково это писать фантастику про будущее, которое я видел собственными глазами? Как это вообще возможно: интересно и весело объяснить, как звучит дабстеп,