Вскоре я пригнал машину, а потом наблюдал за уверенными движениями Кузьмича. Он сосредоточенно
сначала всё осмотрел, потом снял капот, положил на брезент, взял киянку да и давай усердно бить ей по вмятинам. Но не просто бабахал, а делал это сноровисто, с умом. Кузьмич работал с удивительной ловкостью, несмотря на свои возраст и усталость. Я в той жизни, вообще-то, постарше его буду. Но если бы сам столько времени провёл на такой работе, но не знаю. Видимо, не дотянул.
Ну что ж, наконец сказал он, закончив работу, теперь должно быть нормально. Но запомни: в другой раз, если что-то случится, сначала попробуй сам. У нас тут всё не так просто. Это пока тебе повезло. Говорят, скоро начнётся ну, сам понимаешь. Не до капотов будет.
Спасибо, Кузьмич, ответил я, искренне благодарный. Буду иметь в виду.
Я поблагодарил его ещё раз и вернулся к своему виллису. Капот выглядел значительно лучше. Не сказать, как новый, и его бы зашпаклевать сначала, но и так хорошо. Мастер даже краской мазнул, закрывая те места, где она слезла от ударов медведицы. Хорошо, металл толстый оказался, не как у современных тачек. Иначе разодрала бы, как фольгу.
Ладно, бывай, сказал Кузьмич, возвращаясь к прежней детали.
Я сел за руль. Вернулся к блиндажу. Надвигалась ночь. Пора бы и честь знать. Стало интересно: не получится так, что окажусь снова в своём времени?
Глава 9
Только насладиться отдыхом после сытного завтрака не выходит. Едва успеваю вымыть котелок с ложкой и отхлебнуть горячего чая, только собрался размочить в нём сухарь и, посыпав солью, прожевать неспеша, как меня позвали к штабу полка. Но на этот раз подполковник Синицын своим присутствием не порадовал. Гогадзе передал приказ: снова отправляться в штаб дивизии. Со мной лейтенант Лепёхин. Только теперь не знаю, за какой надобностью. Ну, моё дело баранку крутить.
Возвращаюсь к штабу с виллисом. Синицын садится рядом, а физиономия такая, словно мне оказана превеликая честь возить самого верховного главнокомандующего, никак не меньше. «Не лопни от натуги, летёха», думаю с иронией, глядя на него.
Куда едем, товарищ лейтенант? спрашиваю его, и хотя знаю ответ, хочу услышать, что мне «самый главный военачальник» скажет.
В штаб дивизии, ответил он через губу.
Я молча кивнул, включил передачу и повёл виллис. Стало интересно: с чего это вдруг Лепёхин так надулся? В прошлый раз, когда возвращались обратно, был нормальным. Спесь с него сошла. И тут вдруг снова-здорово. Глядит, как Ленин на буржуазию.
Товарищ лейтенант, вы женатый? спрашиваю его, хотя кольца на безымянном пальце не вижу. Ну, это правильно: любая сверкающая вещица подарок снайперу. И хотя здесь про них пока не слышно, думаю, у японцев они всё-таки имеются. Так что лучше поостеречься.
Товарищ старшина, ведите машину, обрезал меня Лепёхин. Подумал немного и добавил тем же противным голосом. Вас моя личная жизнь не касается.
Едем по той же дороге?
Нет, я выбрал другой маршрут.
Ну, тогда говорите, куда рулить.
«Фу-ты, ну-ты, какой барин выискался, проворчал я мысленно. Ладно, посмотрим, летёха, как дальше пойдёт».
Через минут двадцать я поехал медленнее: ночью прошёл дождь, и дорогу немного развезло. Не так критично, чтобы полноприводный виллис не мог проехать. Но ощутимо: машину в некоторых местах бросало из стороны в сторону, приходилось быстро крутить баранку, чтобы не опрокинуться.
Не сбавляй скорость, старшина, вдруг приказал Лепёхин. Нам нужно быть в точке назначения как можно быстрее.
Сами же видите, товарищ лейтенант, какая дорога, проворчал я в ответ. Он мне ещё указывать будет, сопляк! Сел бы сам на моё место да показал мастер-класс по ралли-рейду. То есть понимал, что офицер прав, поторапливая. Если у него важное поручение, то передавать такие надо вовремя. Но не всё в наших силах.
Дорога между тем становилась всё сложнее. В некоторых местах приходилось почти ползти, чтобы не застрять в густой грязи. О том, что могут повстречаться дикие звери, я уже и не думал. Твёрдо решил: если кто сунется встречу очередью из автомата. Не остановит гранатой угощу. Но показывать задницу разъярённым хищникам больше не собираюсь. Слишком ненадёжное это дело: поскользнёшься, плюхнешься в лужу, там тебя и схарчат.
Машина резко качнулась на очередном корне, и я выругался про себя, стараясь удержать руль.
Мы проезжали через небольшой овраг, и колёса с трудом находили сцепление на скользком склоне. Лепёхин изредка бросал на меня недовольные взгляды. Ему явно не нравилась моя манера вождения, и это бесило. Прямо как вторая жена, которая, не имея прав и не умея водить, вечно указывала, куда повернуть, как ехать и ворчала, если делал, не как говорит. Одна из причин, почему расстались.
Сколько ещё? спросил я, стараясь держать голос ровным. Хотя лейтенант и поглядывал на карту, спрятанную под прозрачный целлулоид, а росло внутри ощущение: можем заблудиться. Эх, как же не хватало мне теперь навигатора! Конечно, он тоже умеет с лёгкостью завести чёрт знает в какие дебри. «Поверните налево, на следующем перекрёстке поверните направо», послышался в ушах голос Алисы. Да-да, один раз это милое электронное создание заставило меня кружиться в пригороде, расходуя топливо впустую.