Я лишь кивнул в ответ, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает.
Только придётся ехать обратно, добавил Лепёхин. Другой дороги тут нет. Но если она опять
Тогда пусть на нас не обижается, я кивнул на лежащий под сиденьем автомат. Ещё могу лимонкой угостить.
Ладно, поехали, опаздываем.
Мы снова развернулись и тронулись в путь, теперь уже без приключений. Видимо, медведица и сама поняла, что второго шанса прогнать людей у неё не будет. Потому постаралась увести своё потомство подальше от опасного места. Я мысленно её поблагодарил за это. Очень не хотелось бы убивать такую мощную зверюгу. Она хоть и страшная, но по сути таёжная красавица. Вон какая вымахала! Когда встала на задние лапы, была в высоту больше двух метров, а весит ну, полтора центнера, как минимум.
Спустя ещё час мотания по тайге мы прибыли в штаб дивизии. Здесь я, чтобы совсем уж лейтенанту не было обидно, отдал ему пакет и остался ждать снаружи. Заодно проверил, можно ли будет как-нибудь капот починить: след от медвежьих лапищ остался очень глубокий. Хорошо, сделан Виллис из металла, а не пластиковый наполовину, как большинство современных машин. Иначе бы разнесло его вдребезги. Может, и мотору бы пришла хана. Нынче-то вон сколько электроники понапичкано. А здесь ей и не пахнет.
В расположение полка мы вернулись, когда начало темнеть. Потребовал к себе начштаба. Спросил, как поездка. Пришлось рассказать о встрече с медведицей. Лепёхин, стоящий рядом, мои слова подтвердил и добавил:
Товарищ старшина действовал очень умело.
Синицын посмотрел на него и усмехнулся. Видимо, не ожидал, что лейтенант, который ему изначально показался карьеристом, способен кого-то похвалить.
Вы справились с ситуацией, Оленин, сказал подполковник, внимательно выслушав наш рассказ. Отличная работа. Можете отдыхать.
Я козырнул и вышел из палатки. Отогнал Виллис поближе к блиндажу, сходил на ужин. На этот раз обошлось без происшествий. Взял котелок каши, густо сдобренной тушёнкой «Второй фронт», хлеба и устроился рядом с машиной. Пока ел, смотрел на небо и думал о том, как всё-таки причудлива жизнь человеческая. Вот я сижу здесь, сытый и здоровый, а меньше чем в полутора тысячах километров отсюда сегодня рано утром случилось событие, которое изменило ход мировой истории.
В Хиросиме сейчас творится сущий ад, и мне бы очень хотелось с кем-нибудь поговорить об этом, но увы. О случившемся известно лишь членам Политбюро и узкому кругу приближённых. Может быть, мне надо всё-таки сказать кому-нибудь? Ничего не добьюсь. Сочтут за сумасшедшего или шпиона.
Ко мне подошёл Серёга Лопухин. Увидел вмятину на капоте, присвистнул:
Это где тебя так угораздило?
С медведицей поссорился, ответил я с ухмылкой и рассказал, как дело было.
Эк, мишка! хмыкнул он. Вот послушай.
Лепёхин сел рядом.
Ехали мы как-то по тайге на студере, набитом боеприпасами и продовольствием. С полгода тому назад. Водитель у нас был опытный, Гриша Соловей. Мы с ним несколько рейсов сделали, поэтому я пообвыкся, а то поначалу с непривычки всё боялся, что на воздух взлетим. Шутка ли дело: столько снарядом за спиной! Мало ли что? Тряхнёт, и поминай, как звали, да собирай кишки по веткам. Дорога-то разбитая, кругом глухая тайга. Едем потихоньку, разговариваем о том о сём, как вдруг слышу, как Гриша говорит:
Слышь, Серёга, ты это, готовься. Что-то мне не нравится такая тишина.
Я голову из кабины высунул. И правда, тихо, как на кладбище. Ни птиц, ни зверей, вообще ничего. Тайга обычно шумит, живёт, а тут будто всё вымерло. Вдруг слышим, впереди ветка хрустнула. Гриша притормозил, и тут из сосняка выскочил тигр. Огромный, мощный зверь, каких я до этого только на картинках видал. Встал посреди дороги и уставился на нас, как будто прикидывая, что с нами делать.
Тигр! выкрикнул я, вскидывая ППШ. Гриша, газуй!
Но он только сильнее вцепился в баранку и тихо сказал:
Спокойно, Серёга, не мандражируй. Он сам решит, что делать.
Я замер, держа автомат наготове. Тигр медленно подошёл к грузовику, его глаза блестели. Обнюхал машину и тут произошло такое, чего мы никак не ожидали. Учуял, видать, жратву. Мы недавно перевозили тушёнку, и пару банок раздавило в кузове. Мы ошмётки-то собакам скормили, но, видать, запах остался.
Тигр явно всё учуял. Прыгнул прямо в кузов и давай там рыться. Грузовик аж зашатало. Тут Гриша обласкал его по-матушке и резко дал по газам. Тигр не ждал, да на дорогу сзади и брякнулся. Думали, отстанет. Какое там! Рванул следом.
Я с интересом слушал, что будет дальше.
И ведь быстро так он за нами! продолжал Лепёхин. Хотя нам-то не разогнаться: тяжело гружёные были. Короче, догнал и задний скат разорвал когтями. Гриша едва не потерял управление. Но смог повернуть к обочине. Встали. А тут тигр. Опять прыг в кузов, да потом на кабину. Походил, понюхал, а потом на капот шасть! Повернулся и смотрит на нас. Сидим ни живы, не мертвы.
Ну всё, Серёга, писец нам пришёл, проговорил Гриша.
Тут на меня такая злость накатила. Да что ж это такое, а? Меня дома родня ждёт, а я тут не от япошки погибну геройски, а меня вот эта кошка полосатая жрать будет Да хрен ей по всей усатой морде! Вытащил ствол ППШ из окна, да как дал очередь! Тигра с капота как ветром сдуло.