Ему вспомнилось, как его бросили связанным на корабле, затем отвели в участок, отдали под суд, публично унизили и, наконец, упрятали в тюрьму.
И я, шёпотом признался Облом, потирая затылок.
Ему вспомнилось, как ловко
миссис Ворчунья запустила шиной в мотоцикл, на котором он ехал со своей сестрой Мэнди, и как неприятно было падать на твёрдую землю. Они всё испортили: мои планы и мои вещи.
На самом деле непутёвые брат с сестрой попали в тюрьму из-за своего преступного образа жизни, но таким бандитам, как они, нравилось обвинять других в своих неудачах.
Ещё целый час узники злобно бормотали себе под нос проклятия, адресованные мистеру Ворчуну, миссис Ворчунье и их сыну Лучику, пока сон, наконец, не взял своё.
На следующее утро они вернулись к обсуждению заклятых врагов и разработали план. Твинкл внимательно прислушивался к разговору. Все четверо пятеро, если считать Монти, решили не ныть попусту, а попробовать устроить побег (причём не ради того, чтобы сменить имена и перебраться в соседнюю страну, навстречу новой жизни, а ради МЕСТИ) и выследить злополучную семейку Ворчунов.
Лорду Великанну нравилось слово «МЕСТЬ». В нём была чудесная буква «Т», похожая на шпагу, которой ему отчаянно хотелось бы кольнуть Ворчунов в мягкое место.
Твинкл ни слова не сказал про Ворчунов за всё время беседы, но трое его сокамерников не смели обсуждать план побега без этого грозного здоровяка. Они просто обязаны были предложить сбежать вместе. Вряд ли Твинклу понравится, если они выберутся на свободу без него. А разве можно насолить такому человеку, как Твинкл? Никто не рискнул бы его обидеть. Мало того, при побеге его недюжинная сила не помешала бы. Роддерс Лэзенби втайне побаивался мистера Ворчуна, а что уж говорить про ОБОИХ супругов! От них добра не жди.
Впрочем, первым делом заключённым предстояло сбежать. И, поверьте мне, они сбежали.
Глава втораяГость
На само поместье жалко было смотреть. Вот уже много лет оно оставалось красивым снаружи и пустым внутри: от полов отодрали почти все доски и пустили их на топку камина. Теперь же дом и снаружи выглядел хуже некуда, а почему узнайте в книжке «Ворчуны в беде!» (если вы её ещё не читали).
В это морозное утро мистер Ворчун подошёл к бочке, ступая босиком по снегу, снял с неё корку льда идеальной круглой формы и забрался в холодную воду. В такой воде невозможно было не з-з-задрожать. Под ногами что-то шевелилось. Впрочем, лето уже прошло, и в бочке не плавали личинки комаров. (Прежде чем вырасти в писклявых, кусачих, летающих насекомых, комары проводят детство в обличье отвратительных водоплавающих червештучек впрочем, родители комариков их, наверное, любят.)
Ты что здесь делаешь, муженёк? насмешливо спросила миссис Ворчунья.
Что я здесь делаю? Что я делаю? Прячусь от тебя, само собой, признался мистер Ворчун. Он весь промёрз и покрылся мурашками.
В такой маленькой бочке ТЕБЕ не спрятаться, пиццерезка! хмыкнула миссис Ворчунья.
Бобина!
Рогозуб!
Старьёвка!
Мотоцикл!
Коляска! выдохнул мистер Ворчун и запнулся. Как так вышло, что разговор зашёл о мотоциклах и колясках?..
Одевайся, приказала миссис Ворчунья.
С чего бы это? поинтересовался мистер Ворчун.
У нас гость, объяснила миссис Ворчунья, а потом развернулась и потопала по снегу обратно в ту часть сада, где обычно стоял их фургончик.
Мистер Ворчун заметил, что миссис Ворчунья тепло оделась мало того, что три кофты нацепила, так ещё и в шарф закуталась, но уютным сапогам всё равно предпочла свои любимые тапочки-кролики. Он удовлетворённо вздохнул и принялся намыливать подмышки. (Честно говоря, мыла у него не было. Ему не удалось его найти, так что пришлось воспользоваться куском сыра чеддер в форме мыла.)
У фургончика миссис Ворчунья увидела, как её сын Лучик, закутанный в полосатый шарф, кормит слона Пальчика. Мистер Ворчун и его отец, мистер Ворчун-старший, соорудили этот фургон из ветхого садового сарая, половины фургончика с мороженым, мотоциклетной коляски (вот, опять они нам вспомнились!) и «всякого» из коллекции всякой всячины. Это странное на вид средство передвижения оказалось удивительно крепким.
Лучик был не родным, а приёмным сыном Ворчунов. Мистер Ворчун нашёл его давным-давно, сняв с бельевой верёвки, на которой малыш висел, прихваченный прищепками за уши. Он отнёс ребёнка домой, и Ворчуны приняли его в свою семью.
Где наш гость? спросила миссис Ворчунья.
Я провёл его в фургончик, ответил Лучик, протягивая слону очередную булочку со смородиной. Пальчик осторожно взял её кончиком хобота и закинул в рот, а потом взглянул на своего друга с искренней благодарностью, сквозившей в невероятно умных слоновьих глазах.
Зачем? требовательно уточнила миссис Ворчунья.
Сегодня холодно, и было бы невежливо заставлять его мёрзнуть на улице. К тому же на нём форма с блестящими пуговицами.
Лучик не стал говорить о том, как ему приятно, что к ним пришёл ЛЮБЕЗНЫЙ человек в форме, потому что обычно люди в форме мчались за их фургончиком с гневными криками вроде: «Я до вас ещё доберусь!» а этот важный господин очень вежливо обращался с Лучиком и миссис Ворчуньей. Причём вежливо обращаться с миссис Ворчуньей не так просто, как кажется. Уж она умеет настраивать против себя окружающих. Как-то раз миссис Ворчунья укусила одного несчастного бродягу: он провинился тем, что приподнял шляпу и спросил, по какой дороге быстрее всего добраться до города.