При этом взор его скользнул и в сторону Лилли и на минутку на ней остановился, точно изучая ее внешность.
Это младшая сестра покойной моей фрейлины Дези Врангель, пояснила Анна Леопольдовна, нехотя поднявшаяся с отоманки на встречу непрошеному гостю.
Я так и полагал, отозвался временщик и с милостивой улыбкой шагнул к девочке. Настоящий персик и прямо с ветки.
Мясистая рука его протянулась к ее свежему, зогорелому личику. Но оценить высокую ласку Лилли не сумела и звонко хлопнула его по руке.
Aber, Lilli! ужаснулась Юлиана.
Sapperlot! сорвалось и с губ герцога; в глазах его сверкнула такая зверская злоба, что y Лилли колени задрожали.
Но бывалый царедворец, видно, уже спохватился, что подобные «буршикозные» междометие не совсем уместны в присутствии принцессы, и счел долгом извиниться перед нею:
Не взыщите, ваше высочество
Разве с вас можно взыскивать, когда вы полжизни проводите на конюшне? был сухой ответ.
"Это в отместку за меня!" пробежало в голове y Лилли.
Бирона, всей душой преданного своему конюшенному ведомству, передернуло; можно было ожидать, что при своей неудержимой вспыльчивости он даст волю своему гневу. Блогоразумие, однако, одержало верх, и он приступил сряду к предмету аудиенции прежним деревянным тоном, точно раскусывая каждое слово:
Государыня императрица поручила мне передать вашему высочеству свою непреложную Высочайшую волю.
Волю государыни я всегда чту и готова исполнить, если то в моей власти, отвечала Анна Леопольдовна. В чем дело?
Герцог взглянул на Юлиану и Лилли.
Дело столь деликатное, заявил он, что всякое постороннее ухо здесь излишне.
Лилли Врангель может сейчас вытти; от Юлианы же y меня нет тайн.
Есть тайны государственные, принцесса, которые раньше времени не сообщаются и самым приближенным лицам.
А это такая государственная тайна?
М-да. Долго я не держу вашего внимание.
Принцесса пожала плечами и предложила обеим барышням вытти из комнаты. Те молча повиновались и притворили за собою дверь.
Любопытство, свойственное вообще прекрасному полу, не было
чуждо, видно, и гоффрейлине. Она опустилась на ближайший к двери диванчик и указала Лилли место рядом с собой; причем не утерпела, впрочем, сделать ей шопотом сериозное внушение за давишнюю безтактность с герцогом.
Уж не знаю, кто был более безтактен: он или я! оправдывалась девочка. Как он смеет лезть своей противной лапой мне в лицо!
Вреда тебе оттого ведь никакого бы не было. Ты не должна забывать, что для герцога y нас законов не писано. Сколько из петербургских дам были бы польщены таким его вниманием!
А сами вы тоже были бы польщены?
Очередь возмутиться была теперь за красавицей-гоффрейлиной.
Ты забываешься! Притом он видел в тебе еще полуребенка
Но я все-таки из старинной дворянской семьи; а он, говорят, из простых придворных служителей, и фамилие его даже не Бирон, а Bühren
Сам он производить свой род от знаменитого французского герцога Бирона, по праву или самозванно судить не нам. Мы должны считаться с тем, что он теперь на самом деле. Теперь он всеми признанный герцог курляндский, и в руках его не одна Курляндие, но и вся Россие с ее миллионами подданных. Но тише! дай послушать.
Обе приникли ухом. Сквозь толстую дубовую дверь, притворявшуюся плотно, донесся все же довольно явственно раздраженный голос герцога:
Еще раз повторяю, что такова воля государыни! А я даю вам еще на выбор того или другого.
Да не хочу я ни того, ни другого! крикнула в отчаянии принцесса.
Воля государыни! повторил Бирон. И решение свое вы должны обявить мне сейчас же. Итак?
В ответ послышалось как будто рыдание.
Изверг!.. пробормотала Юлиана и сорвалась с дивана.
Она схватилась уже за ручку двери, но вдруг отлетела назад и заняла свое прежнее место на диване.
Что такое? спросила Лилли.
Он сейчас выйдет.
В самом деле, дверь с шумом распахнулась, и временщик не вышел, а выбежал от принцессы. Вид y него был положительно страшный: это был бешеный зверь, но не лев, гордый царь пустыни, а матерый бык, приведенный в ярость красным платком. Когда он пробежал мимо, Юлиана и Лилли возвратились к принцессе.
Анна Леопольдовна лежала распростертой на своей отоманке, уткнувшись лицом в вышитую подушку. Плечи ее нервно вздрагивали.
Юлиана первым делом пошла в соседний покой за валериановыми каплями: Лилли узнала их тотчас по резкому запаху, который распространился по комнате. Когда же капли оказали на плачущую свое успокоительное действие, фрейлина не замедлила справиться, что ее так расстроило.
Все кончено был безнадежный ответ.
Т.-е. как так кончено?
А так, что я выхожу замуж.
За принца Антона-Ульриха?
Ну да Ах ты, Боже мой, Боже мой!
Но как же это, скажите, герцогу удалось все же убедить вас?
Он принес мне категорическое повеление тетушки. Доктора дают ей ведь не более двух лет жизни; так она хочет, чтобы еще до ее смерти y меня был сын будущий император
Чтобы таким образом при ней еще русский трон был твердо упрочен? Желание государыни, ваше высочество, вполне понятно, и откладывать дело, действительно, уже не приходится. Но чего я все-таки не понимаю: отчего герцог после своей успешной миссии вышел от вас таким рассерженным?