Еще бы не отступление! заметил Перри Мейсон и закрыл за собой дверь.
ГЛАВА III
Доброе утро, Делла! Что новенького?
Куча обычной рутины, ответила она, и кое-что необычное.
Оставим необычное на десерт, заметил он, улыбнувшись. Что за рутина?
Один из присяжных по последнему делу хочет обсудить с вами какой-то вопрос, касающийся акционерного общества. Еще двое позвонили поздравить с тем, как вы провели дело. Звонил мужчина, пытался договориться о встрече, но не захотел вдаваться в детали. Что-то связанное с какими-то горнорудными акциями, которые он купил. Есть письма по незначительным вопросам
Мейсон скроил брезгливую мину, отмел жестом письма и прочее и сказал, ухмыльнувшись:
К чертям все это, Делла. Не люблю рутины, хочу чего-то захватывающего. Хочу заниматься делами жизни и смерти, когда счет идет на минуты. Хочу странного и необычного.
Она взглянула на него заботливо и нежно.
Вы очень неосторожны, шеф, возразила она. Любовь к риску еще выйдет вам боком. Мало вам судебных разбирательств, так вы еще ввязываетесь в дела за стенами суда, сколько раз было!
Он улыбнулся мальчишеской улыбкой.
Во-первых, ответил он, мне нравятся острые ощущения. Во-вторых, я выигрываю дела потому, что узнаю всю подноготную. Я наголову разбиваю обвинение, получая от этого массу удовольствия Так что у нас там необычное, Делла?
Крайне необычное, шеф, заметила она. Письмо от вчерашнего клиента.
Какого клиента?
Который говорил с вами о воющем псе.
Ага, ухмыльнулся Мейсон, от Картрайта, да? Интересно, удалось ли ему поспать ночью?
Письмо, сообщила она, пришло срочной доставкой. Его, должно быть, отправили уже ночью.
Что-нибудь новенькое про собаку? спросил он.
В письме завещание, сказала она, понижая голос и украдкой оглядываясь, словно опасалась, что кто-нибудь услышит, и десять тысячедолларовых банкнотов.
Перри Мейсон уставился на нее с высоты своего роста, наморщив лоб и прищурив глаза.
Вы хотите сказать, десять тысяч долларов наличными? спросил он.
Да.
Отправлены по почте?
По почте.
Заказным?
Нет, только срочной доставкой.
Чтоб меня черти взяли! произнес Перри Мейсон.
Делла встала из-за стола, подошла к сейфу, открыла дверцу, отомкнула тайник, вынула конверт и вручила Мейсону.
Так, говорите, завещание?
Да.
А сопроводительный документ?
Есть записка.
Перри Мейсон извлек десять тысячедолларовых банкнотов, тщательно осмотрел их, тихо присвистнул, сложил купюры и засунул в карман. Затем прочитал вслух записку:
«Уважаемый мистер Мейсон, я видел вас на слушанье последнего дела об убийстве и убедился, что Вы человек честный и умеете биться. Я хочу, чтобы Вы взялись за это дело. Вкладываю в письмо десять тысяч долларов, а также вкладываю завещание. Десять тысяч долларов Ваш предварительный гонорар. Вознаграждение получите по условиям завещания. Я хочу, чтобы Вы выступали от лица наследницы, поименованной в завещании, и защищали ее интересы до победного конца. Теперь я знаю, почему выла собака.Я составляю завещание так, как Вы меня научили. Возможно, Вам не понадобится утверждать завещание через суд или защищать наследницу. В таком случае Вы оставите себе эти десять тысяч плюс триста долларов, что я вручил вчера.
Спасибо, что заинтересовались моим делом.
С уважением,
Артур Картрайт».
Перри Мейсон с сомнением покачал головой и вытащил из кармана сложенные банкноты.
Хотелось бы оставить себе эти деньги, да еще как, заметил он.
Оставить! воскликнула Делла Стрит. Разумеется, вы их оставите. В письме ясно сказано, что это за деньги. Законный предварительный гонорар, или я ошибаюсь?
Перри Мейсон со вздохом бросил деньги на ее письменный стол.
Этот парень рехнулся, произнес он. Спятил вчистую.
С чего вы взяли, что он рехнулся? спросила Делла.
Со всего, ответил Мейсон.
Вчера еще вы так не считали.
Я считал, что он нервный и, может быть, болен.
Но ведь не сумасшедший?
Ну, не то чтобы сумасшедший.
Значит, из-за этого вот письма вы и решили, что он рехнулся?
Перри Мейсон ухмыльнулся в ответ.
По крайней мере, сказал он, доктор Купер, психиатр из судебно-психиатрической экспертизы, направляющий в больницу душевнобольных, заметил, что по нынешним временам выплата предварительного гонорара наличными отступление от нормы. Этот парень дважды расплатился наличными в течение суток, причем отправил десять тысяч долларов незаказным письмом.
Может быть, отправить их другим способом он просто не мог? предположила Делла Стрит.
Может быть, согласился Мейсон. Вы прочли завещание?
Нет. Когда принесли письмо, я посмотрела, что в нем, и сразу же заперла в сейф.
Ну что же, сказал Мейсон, поглядим на завещание. И он развернул сложенный листок, на обратной стороне которого было выведено: «Последняя воля Артура Картрайта».
Пробежав бумагу глазами, он задумчиво кивнул.
Однако, заметил он, Картрайт составил добротное рукописное завещание: подпись, число и прочее все на месте.
Он вам что-нибудь отказал? полюбопытствовала Делла Стрит.
Перри Мейсон поднял глаза от бумаги и хихикнул:
Что-то вас с утра обуяла корысть.