Все нормально? спросила она и после моего утвердительного кивка коротко приказала, давай сюда прялку, а Снежанку положи в машину, на заднее сиденье.
Я сделал, как велено. Ираида Максимовна заглянула в салон машины и нежно поправила головку девочки. Поймав мой удивленный взгляд, она вздохнула.
Да знаю, знаю я, что ты там себе думаешь, Ираида Максимовна тихонько захлопнула дверцу, да только она мне внучка все-таки. Родная кровь, как ни крути. А потом она взмахнула рукой, молодо-зелено, хотят все и сразу, думают, скормят бабку старую волку, все наследство им достанется. Нет бы подождать чуток, я ведь не вечная. Ну ничего вот поспит лет сто, а потом мы ее пристроим, мало ли дураков-то на свете шатается.
Ираида Максимовна обернулась и посмотрела сначала на Серого, а потом на меня.
Ну, Ванюша, может с нами поедете, а? Я тебя в баньке попарю, тонкие губы Ираиды Максимовны зазмеились в улыбке, один в один, как у внучки.
Я почувствовал, как напрягся под рукой Серый.
Нет, покачал я головой, некогда нам в баньках париться.
Ираида Максимовна покачала головой, достала кошелек, быстро отсчитала оговоренное количество купюр и молча сунула мне в руки. Я не стал пересчитывать, знал старая ведьма не обманет.
***
До электрички оставалось несколько минут. Я курил, а Серый, благодатно вытянувший затекшие лапы, блаженно растянулся на мокром асфальте.
Телефон звякнул смс-кой. Я прочитал и нахмурился.
Слушай, Серый, тут такое дело.
Серый вопросительно приподнял голову.
Тут клиент звонит. Предложение у него Да, помню, помню я, что обещал завязать но тут дельце-то пустяковое, молодильные яблоки достать. Да и клиент проверенный, депутат Берендеев. Ну, Серый, не сердись. Быстро сгоняем туда-обратно, а потом махнем куда-нибудь на море или в Монте-Карло.
Серый притворно вздохнул. Я потушил сигарету и потрепал его по загривку. К станции шумно приближалась электричка.
Экзамен
Он молча кивнул. Я налил ему светлого, он всегда предпочитал светлое. Он сделал шумный глоток и невидяще уставился в экран телевизора.
Выключи, тихо попросил он.
Я послушно щелкнул пультом. Экран екнул на полуслове и погас.
У него, явно, что-то случилось, тут и к гадалке не ходи. Я знал его уже добрую сотню лет, и он всегда был для меня, как открытая книга. Мы дружили с детства, и нашей дружбе не помешало даже то, что после школы мы поступили на разные факультеты университета при Небесной Канцелярии, он на факультет ангелов, что закономерно, а я на факультет бесов, что в общем-то тоже закономерно.
Чипсы?
Он снова молча кивнул. Я придвинул к нему пакетик лэйс с зеленым луком.
Ну? я отхлебнул пива. Темного. Я всегда предпочитал темное.
Я сессию завалил.
Ну и ну. Я тихонько присвистнул. Из нас двоих раздолбаем всегда был я. А он отличник, звезда факультета, светлая голова.
Представляешь, и экзамен-то был пустяковый, продолжил он, я курировал девушку одну, Марфушеньку, ну знаешь, предмет у нас такой есть, ангельское шефство.
Я кивнул.
И все ведь шло хорошо. В доме достаток, родители любят, ничего для доченьки не жалеют, ну и я, само собой, стараюсь, Марфушу берегу, ангельским крылом прикрываю. Марфуша еще не оступилась, а я уже соломки постелил. В общем, все по учебнику.
Он замолчал и закинул себе в рот горсть хрустящих чипсов.
И тут, представляешь, у ее сестрицы сводной, Настеньки, у которой не жизнь, а ацкий треш, вдруг поперло. Подвернулся какой-то Морозко, и сразу и слава, и бабло, и женихи. Ну и моей Марфуше захотелось. Я, конечно, постарался. Снарядил ее к Морозке, как положено, ну чтоб и шубка теплая, и в термосе чаек горячий, и самооценку Марфуше приподнял, чтоб она, понимаешь, перед Морозком этим не оплошала, и
Тут он махнул рукой, отвернулся и глухо сказал:
А все эта чертова Настенька
Я молча крошил чипсы. Настенька была моим экзаменом. Честно говоря, очень легким экзаменом заключение с человеческим индивидуумом договора о продаже его бессмертной души. Человек тебе душу, а ты ему любовь, бабло и прочие ништяки. Классическая многоходовка Фауста-Мефистофеля. Такой экзамен из наших никто не заваливает.
Почти никто. И почти никогда.
Тренинг
Пвивет, фсе новмално, пробормотала Галя, безуспешно пытаясь проглотить кусок шоколадного торта.
Галя! Ты что там, опять жрешь? строго сказала трубка голосом Петровой.
Нееет, не жву, вяло попыталась оправдаться Галя.
Галя, не ври мне!
Я не вву, Галя облизала стекающий по пальцам крем и виновато улыбнулась, я яблоко ем.
Галя, в голосе Петровой отчетливо послышались стальные нотки комиссара НКВД, Галя, какое яблоко? Ты, когда вообще в последний раз яблоко ела?
Позавчера, хотела сказать Галя, в яблочном штруделе, с изюмом, корицей и молотыми орехами, но промолчала.
Галя? Ты еще тут? строго поинтересовалась трубка.
Угу, угукнула Галя.
Это хорошо, Петрова на другом конце удовлетворенно вздохнула, Галя, я как раз по этому поводу тебе и звоню. Нам что-то надо делать с твоими килограммами.
Не нам, а вам, хихикнула Галя.
Нет, вот именно, что вам, в смысле тебе, в трубке что-то возмущенно затрещало и захрипело.