Тетенька! перебил ее тот, что в синих очках. Насколько я понимаю, вы по вашим делам должны бы в золоте ходить.
Что вы! отвечает женщина, точно оправдываясь. С трудом выручаешь то, что затрачено! А иной раз, случается, и докладывать приходится, разоряешься!
Для чего же вам вся эта торговля?
А что же мне делать? Воровать? У меня пятеро детей, пять холер ему в живот! И сама я больная, болеть бы ему в больнице от сегодняшнего дня и до будущей осени! Ведь он же все дело угробил, самого бы его угробить! Такое дело, такое дело, такое выгодное дело!
Выгодное дело?
Золотое дело! Прибыльное! Прямо-таки хоть ложкой черпай!
Позвольте-ка, тетенька, ведь вы же только что сказали, что это разорение!
А что же это, по-вашему, прибыль, когда раздаешь больше половины бесплатно кондуктору и старшему кондуктору, а по воскресеньям жандарму? Что у меня неисчерпаемый источник? Колодец? Или деньги краденые?
Тот, что в синих очках, начинает терять терпение:
У вас, тетенька, не разберешь: то лето, то зима!..
А что я могу поделать? Разве я виновата? Все он, погубитель мой, погибели на него нет! Был всего-навсего портнягой, заплаты ставил, портачил и кое-как зарабатывал, как говорится, на воду к каше. Так нет же, позавидовал мне, увидал, чтоб ему повылазило, что я кормлюсь, червей бы ему кормить, и содержу при помощи этой корзины пятерых сирот И вот, соль ему в глаза да камни на сердце, пошел, душа из него вон, купил себе корзину, купить бы мне ему на саван, господи боже мой! Что это такое, спрашиваю? «Корзина» отвечает. «А что ты, говорю, будешь делать с корзиной?» «А то же, что и ты!» «Что значит?» спрашиваю. «А то и значит! отвечает. У меня тоже пятеро детей, которым кушать надо Ты, говорит, их не прокормишь»
Ну, что ты будешь делать? И вот так, как видите, он ходит следом за мной с корзиной, перетаскивает всех моих покупателей, таскали бы у него зубы изо рта, вырывает последний кусок, разорвало бы его в клочья, господи милосердный!
Пассажиру в синих очках приходит в голову удачная мысль, которая, собственно, и нам всем приходила на ум:
Зачем же вам обоим топтаться на одном месте?
Женщина устремляет на него глаза:
А что же нам делать?
Поищите себе другое место. Линия велика.
А он как же?
Кто?
Муж мой!
Какой муж?
Мой второй муж.
Какой такой второй муж?
Красное конопатое лицо женщины еще пуще краснеет.
Что значит, какой второй муж? Ведь он же, проклятый, и есть мой второй муж, горе мне!
Все вскакивают с