Да, уж если так, то действительно ваше дело дрянь, сказал дядя Рингельхут, покачав головой.
Какой вы милый, растроганно сказала лошадь и так хлопнула его левой передней ногой по плечу, что оно затрещало.
Ай! Ай! взвыл Рингельхут.
Конрад погрозил лошади пальцем.
Если вы мне угробите дядю, сказал он, вам придется иметь дело со мной!
Верхняя губа лошади поднялась так, что стали видны все ее огромные белые зубы, и она беззвучно рассмеялась. Потам, спохватившись, стала извиняться.
Ничего, уже почти прошло, сказал дядя Рингельхут, потирая ушибленное место. Но в следующий раз, пожалуйста, будьте осторожней, дражайшая Негро Кабалло. Я ведь не лошадиной породы.
Этого больше не повторится, обещала лошадь и, чтобы замять неловкость, сказала: Да, вы знаете, я была лучшим бегуном на роликовых конькак из всех млекопитающих.
Разговаривая таким образом, все трое высунулись из окна. Но едва только лошадь посмотрела вниз, у нее закружилась голова, она побледнела от страха и опустила веки. И только после того, как Конрад пристыдил ее, она медленно открыла глаза.
Смотрите, не вывалитесь, предупредил ее дядя Рингельхут. Этого еще не доставало, чтобы из моего окна вываливались на улицу лошади.
Негро Кабалло смущенно оправдывалась:
Знаете, нашему брату редко случается смотреть на улицу с третьего этажа. Теперь мне уже гораздо лучше. Но все же пустили бы вы меня в середку. Это будет как-то надежнее.
Лошадь встала между дядей и Конрадом, высунула голову далеко из окна и сожрала две фуксии и одну бегонию с балкона соседей. Цветочные же горшки она оставила нетронутыми только из приличия.
Внезапно на улице раздался страшный крик. Под окном стоял маленький круглый человечек. Он размахивал руками, топал жирными ножками и орал как ошпаренный.
Что за безобразие! визжал он. Немедленно уберите лошадь из окна. Вы что, до сих пор не знаете правил? Не знаете, что вводить лошадей в квартиры строго воспрещается?
Это еще кто? спросил Конрад.
Мой домохозяин, ответил дядя Рингельхут.
Его зовут Клеменц Ваффельбрух.
Вы мне еще за это ответите, продолжал кричать толстяк, вы еще уплатите Леманну за цветы, которые эта кляча нахально сожрала с «о балкона. Понятно?
Дрожь пробежала по черной шкуре лошади Кляча! Ну, ну, безнаказанно оскорблять себя она не позволит! Она схватила с балкона один из цветочных горшков и бросила его прямо вниз. Горшок угодил прямо на котелок разгневанного домохозяина. У господина Клеменца Ваффельбруха подогнулись колени. Он растерянно взглянул наверх и произнес с дрожью в голосе:
Ах, так!
С этими словами он скрылся в подʼезде.
Ну, этот скандалист вовремя убрался, сказала лошадь, не то я перешвыряла бы ему на голову по кусочкам весь балкон.
Это, пожалуй, обошлось бы мне слишком дорого, заметил дядя Рингельхут, пойдемте-ка лучше в комнату!
Негро Кабалло весело заржала.
Они уселись за стол и стали непринужденно болтать.
Вдруг Конрад вскочил, подбежал к книжному шкафу, рванул дверцу, схватил толстую книгу с верхней полки, сел на ковер и стал взволнованно перелистывать страницы.
Какая тебя муха укусила? обернулся к нему дядя.
Конрад сидел на ковре, перелистывал книгу и молчал. Тогда Рингельхут обратился к лошади:
Не можете ли вы своим копытом привести в чувство этого субекта?
Лошадь подбежала к Конраду, схватила его зубами за шиворот и подняла его чуть ли не к потолку. Но Конрад ничего не замечал. Вися в воздухе он попрежнему внимательно перелистывал книгу.
Никак не найду, дядя, сказал он наконец.
Чего?
Да Южного океана, ответил Конрад.
Южного океана? удивленно произнесла лошадь.
Как только она заговорила, зубы ее разжались, и Конрад так грохнулся на пол, что аптекарь подумал:
«Хорошо, что с люстрой Мюльбергов уже покончено».
Но что же нам все-таки делать с этим океаном? сказал он вслух и обернулся к лошади: Дело в том, что мой племянник должен к завтрашнему дню написать сочинение о Южном океане.
Только из-за того, что хорошо знаю математику, недовольно проворчал Конрад.
Лошадь на минутку задумалась, потом спросила дядю:
А вы сегодня свободны?
Ну, конечно, сказал Рингельхут, сегодня у меня в аптеке ночная работа.
Превосходно! воскликнула Негро Кабалло. Тогда давайте сейчас же и отправимся.
В аптеку? в один голос спросили дядя и племянник.
В какую там аптеку, ответила лошадь, на Южный океан, разумеется.
Она подбежала рысцой к телефону, сняла трубку, назвала номер и сказала:
Алло! Бюро путешествий для цирковых лошадей? Мне нужно лично переговорить с Великаншей. Ах, это вы? Ну, как дела? Грива седеет? Да, да, годы уходят. Вот что: скажите-ка, как мне кратчайшим путем попасть на Южный океан? Я хочу вернуться к вечеру. Бросьте, Великанша, не рассказывайте мне сказок. Где я сейчас? Иоганн-Мейерштрассе, 13, у аптекаря Рингельхута. Что? Ого, вот это здорово! Ну, большое спасибо, дорогая!
Лошадь трижды заржала на прощание, положила трубку, повернулась и спросила:
Господин Рингельхут, не стоит ли у вас в коридоре большой резной шкаф? Старинный шкаф 15-го столетия?
А хоть бы и так? сказал Рингельхут. Что общего между этим шкафом и Южным океаном?
А вот что. Нужно залезть в этот шкаф и оттуда все время идти прямиком. Максимум через два часа мы будем на Южном океане.