Верно, сказал Харзафтид. Когда мой отец был жив, он чурека и соли не жалел не то что для друзей, но и для недругов своих. Я же сын своего отца.
Ну, если ты вправду сын своего отца, так угости-ка нас! говорят разбойники-абреки бедняку, а сами потихоньку смеются над ним.
Клянусь могилой своего отца, я угощу вас так богато, что вы это угощение не забудете до самой смерти вашей! сказал им Харзафтид. Когда пройдет эта ночь и настанет утро, ждите меня на ярмарке, в селении.
И пошел дальше Харзафтид и наконец пришел на ярмарку, в селение, в дом богача, где за деньги и есть и пить давали. Полный карман золота насыпал богачу и так ему говорит:
Когда настанет утро, приду я в твой дом с тремя гостями. И есть и пить давай нам вволю. А когда кончится пир, поверну я свою папаху направо, поверну налево и скажу: «Папаха ты моя, овчинная папаха!» А ты благодари меня за щедрую плату и провожай с почетом до ворот.
Пусть будет так, как ты хочешь, сказал тот богач Харзафтиду.
Тогда Харзафтид пошел ко второму богачу. И тому дал он золота и сказал то же, что и первому.
На другой день рано утром Харзафтид пошел на ярмарку. Ходит и смотрит на золотые кинжалы, каленые стрелы, на вороных коней, на мулов и верблюдов. Вдруг видит разбойники-абреки тоже ходят по базару.
Пусть счастливо будет ваше утро! говорит им Харзафтид.
И твое тоже! отвечают ему разбойники-абреки.
Отец мой чурека и соли не жалел ни для знакомых и друзей, ни для незнакомых и врагов. А я сын своего отца. Идемте все со мной к богачу на большой пир.
Откуда ты, пустая сума, возьмешь так много денег? спрашивают разбойники.
На что мне деньги? отвечает им Харзафтид. У меня есть папаха. Скажу только: «Папаха ты моя, овчинная папаха» и уйду, не платя ни копейки. А хозяин еще станет
благодарить меня за щедрую плату и проводит с почетом до ворот.
Хоть и не верят разбойники-абреки, а сами идут за Харзафтидом. Вот привел их Харзафтид в дом богача. Вошел и кричит:
Есть и пить нам давай! Столько давай, сколько каждый захочет!
Богач принес им вина в глиняных кувшинах, зелени и мяса на серебряных тарелках. Трехногие столы фынги согнулись под тяжелой посудой. Шипит шашлык, пенятся густая брага и черное горское пиво. А пирогов так много, что целое селение накормить можно. Ели, пили бедняк и разбойники-абреки. Да только мало пьет Харзафтид, а больше три разбойника-абрека. У разбойников глаза уже слипаются от вина, пива и браги, а они все пьют; в руках у них мелькают турьи рога, наполненные пивом и вином. Пьют и едят, едят и пьют разбойники-абреки. А когда не могли они больше ни пить, ни есть, Харзафтид надел на голову свою овчинную папаху, повернул ее вправо, повернул влево и говорит:
Папаха ты моя, овчинная папаха!
Пусть тебя аллах поблагодарит за щедрую плату! И пусть пряма будет твоя дорога! отвечает ему богач и провожает гостей до самых ворот.
Удивляются разбойники-абреки. Думают: «Пришел, устроил пир, ничего не заплатил только повернул свою овчинную папаху, а хозяин благодарит!» И говорят они Харзафтиду:
Продай нам, Харзафтид, свою чудесную папаху!
Если я вам продам свою папаху, отвечает Харзафтид, то как я буду угощать своих друзей?
И не продал Харзафтид свою папаху.
Ходят опять по ярмарке Харзафтид и три разбойника-абрека. Смотрят на черные бурки, на бухарские шапки, на персидский сафьян и ковры. А когда обошли они всю ярмарку, говорит им Харзафтид:
Смотрите, солнце уже повернуло к себе домой. Пора нам опять на богатый пир.
И вот вошли они в дом другого богача. Тот принес им большой чан и три шашлыка каждый шашлык из целого барана. Ели и пили разбойники кто как мог. Съели все шашлыки и выпили все вино, всю брагу и все пиво. Не могут больше ни есть, ни пить разбойники-абреки. Стали они бросать на пол турьи рога и серебряные тарелки.
Тогда Харзафтид опять надел на голову овчинную свою папаху. Повернул ее вправо, повернул влево и говорит:
Папаха ты моя, овчинная папаха!
Хозяин ему отвечает:
Такой щедрой платы, как твоя, не видел я на свете. Пусть аллах поблагодарит тебя за это! И пусть пряма будет твоя дорога!
Вышли на ярмарку Харзафтид и три разбойника-абрека. Говорят разбойники-абреки бедняку:
Продай нам твою папаху! Проси сколько хочешь золота, серебра.
Другой такой папахи в мире нет, говорит им Харзафтид. Будешь есть и пить у богача не плати ни золота, ни серебра. Только поверни папаху вправо, поверни влево и скажи: «Папаха ты моя, овчинная папаха!» и будет тебя хозяин благодарить самыми хорошими словами.
И разбойникам-абрекам еще сильнее захотелось купить эту папаху. И опять они говорят бедняку:
Проси сколько хочешь золота и серебра ничего мы не пожалеем.
Хочу я мало, отвечает Харзафтид, мешок золота, два рогатых вола и лошадь, запряженную в арбу.
Думают разбойники-абреки: «В третий раз мы обманем бедняка!» Сами прыгают от радости.
Купили они Харзафтиду двух рогатых волов, лошадь, запряженную в арбу, дали золота мешок и сказали ему:
Век тебя будем помнить! Счастливого пути!
Харзафтид сел в арбу, взял мешок золота, волов привязал к арбе и с песнями поехал в далекий путь, в свое родное селение. Разбойники-абреки сразу побежали в дом самого богатого богача на ярмарке. Хотелось им испытать поскорей волшебную папаху. Пришли в дом и крикнули: