Я затолкала зарождающуюся истерику поглубже внутрь, и мы снова зашагали молча.
Кречет, неожиданно сказал мой спутник четверть часа спустя, глядя куда-то вглубь леса.
Где? я сощурилась, пытаясь разглядеть что-нибудь пернатое в той стороне, куда он смотрел. Но то ли зрение у меня не такое хорошее, то ли
Меня. Зовут. Кречет, четко, как для дурочки, продекламировал мой спутник. Ну блин, ты бы еще час спустя представился. Я уже и думать забыла, что спрашивала тебя об этом.
Ум Приятно познакомиться, спохватилась я и подала руку. Подала, вообще-то, для рукопожатия. Но Кречет (судя по всему, по привычке) потянулся ее поцеловать. Точнее, лишь наметил движение. Но рука была подана не так и, видно, не той. По крайней мере, он быстро спохватился, растерялся, разозлился, но взял себя в руки и, сделав вид, что ничего не было, двинулся дальше. Моя растерянность была более масштабной, так что я лишь неловко подвигала повисшей в воздухе рукой и зашагала следом.
На этот раз мы прошли совсем немного, как лес неожиданно посветлел, и мы оказались на краю обрыва. Внизу текла неширокая, но стремительная река, в прошлом могучая речища, судя по оставленному ею следу. По ту сторону реки виднелся такой же обрыв, как и тот, на краю которого стояли мы, только раз в десять выше. На самом высоком его участке, одиноким куском пирога торчащем внутрь этого, с позволения сказать, каньона, виднелось странное сооружение наподобие пирамиды со шпилем из темного камня или похожего на него материала. Это что, замок некроманта?
Город на той стороне, Кречет ткнул пальцем в сторону замка, и я, присмотревшись, различила рядом с «могильником» множество домиков, совершенно теряющихся на фоне пестрого летнего пейзажа. Еще не поздно свернуть к людям. Спустишься вот здесь, пройдешь вдоль берега налево. Там есть брод. Или пройди еще подальше, и найдешь мостик из поваленного дерева. Перейди реку, потом подайся вправо. Видишь во-о-он там начало дороги виднеется? Она петляет, но выводит наверх, к замку.
Я попыталась рассмотреть дорогу. Брат, да ты издеваешься? Я уже ног не чувствую, а ты мне предлагаешь подобный марш-бросок?
Слушай, Кречет, я сделала просящие глазки. Ты же обещал отвести меня к какой-то Айше. Она же ближе, да?
Кречет снова вздохнул и покачал головой.
Любовь, обратился он, немного споткнувшись на моем имени.
Люба, мягко подсказала я краткий вариант.
Люба, послушно повторил он. Ты же понимаешь, что я не простой охотник, правда?
Ну, неуверенно протянула я. А какой тогда?
Кречет вытянул указательный палец и потер лоб, массируя его. Смешной жест. А руки-то мыть надо после разделки змеиных туш. Вон, темная точка посреди лба осталась.
Это Лихолом, он махнул рукой на ту часть леса, из которой мы вышли. Сюда нормальные люди не ходят. Даже охотники.
Почему?
Он приподнял брови, как бы говоря: «А ты что, сама не понимаешь?». Нет, не понимаю.
Это заповедник магических тварей, пояснил он. Тут охотиться опасно. И запрещено.
Я все еще непонимающе смотрела на него. Но мы же выжили? Значит, все нормально. Спасибо, что сразу не сказал, что это лес-убийца. Я б тогда вообще всю дорогу у тебя на шее ехала, визжа, как ненормальная. А бояться опосля уже как-то несолидно.
Он помолчал еще немного, будто ожидая от меня реакции. Реакции не последовало.
Запрещено. Охотиться, снова раздельно повторил он, с намеком двинув бровью. За это вешают, понимаешь? А за прогулку порют розгами.
А я пожевала воздух в надутых щеках, проглотив так и не сформировавшуюся фразу. Так ты браконьер, что ли?
Ответом мне была тишина и словно бы безразличное разглядывание реки. Я еще немного подождала разъяснений, но Кречет вдруг навострил уши, повернул голову и прищурился, рассматривая
что-то у меня за спиной. Я на всякий случай замерла. Вдруг он опять стрелять будет, а я в этот момент дернусь? Влепит мне стрелу промеж глаз, и поминай, как звали. Но, рассмотрев неведомое нечто, мой спаситель расслабился и снова отвернулся. Но тут уже у меня возникло жуткое ощущение взгляда в спину. Щелкнула ветка (судя по звуку, где-то в полуметре от меня), в затылок мне кто-то шумно фыркнул. Волосы шевельнулись и встали дыбом от влажного и при этом холодного дыхания. Я вздрогнула и медленно-медленно повернулась.
В нос мне уткнулось огромное и мохнатое мурло с черными дуплами ноздрей. Длинная переносица (или как там называется середина морды у копытных?) поросла местами протертой, будто от стригущего лишая, короткой шерстью. Большие выпуклые глаза были слегка белесыми и как будто слепыми. Катаракта, что ли? Зато над всем этим убожеством нависали огромные, мшистые рога. Существо стояло, не двигаясь, и больше не только не фырчало, но и как будто даже не дышало. Оно вообще живое?
Но тут лось шевельнул ухом, и я отмерла.
Ма-ма, тихо сказала я, отползая назад на негнущихся ногах.
Но лосище и не думал меня обижать. Совершенно беззвучно ступая раздвоенными копытами, подошел к Кречету, ткнулся мордой ему в плечо. Тот не глядя поднял руку и почесал зверя под подбородком. А-а, так он ручной. Фьюх, от сердца отлегло. Всегда считала лосей мирными животными, но когда такая вот зверюга глядит на тебя в упор и нависает рогами, сразу понимаешь, что мирный не значит безопасный.