Паттерсон кивнул:
Разумная осторожность. У вас есть три дня, Стерлинг. Затем нам нужно будет вернуться к этому разговору, он положил конверт на стол. Это вам. Для размышлений. Небольшая демонстрация моей доброй воли.
Благодарю, я взял конверт и убрал его во внутренний карман пиджака.
И еще одно, Паттерсон взглянул через мое плечо в сторону зала. Ваш новый помощник. Интересный выбор.
У каждого свои методы работы, ответил я нейтрально.
Безусловно, Паттерсон усмехнулся. Рад видеть, что вы заботитесь о своей безопасности. В нашем бизнесе это необходимо.
Я не поддался на провокацию, сохраняя невозмутимое выражение лица.
В конечном счете все опять сводится к вопросу доверия, мистер Паттерсон. Кому мы можем доверять в мире, где каждый преследует собственные интересы?
Глубокий вопрос, Стерлинг, Паттерсон отодвинул пустую тарелку. На который у меня есть простой ответ. Доверять можно только тем, чьи интересы совпадают с вашими. Именно поэтому я предлагаю партнерство, а не просто сделку. Наши интересы должны быть объединены.
Разумная позиция, согласился я. Я дам вам ответ через три дня.
Паттерсон поднялся:
Отлично. Тейлор свяжется с вами для организации следующей встречи, он протянул руку. И, Стерлинг Я бы рекомендовал хранить содержание нашего разговора в тайне. Ради вашего же блага.
Разумеется, я пожал его руку, сохраняя нейтральное выражение лица.
Когда Паттерсон и Тейлор покинули ресторан, я подал знак ОМэлли, и ирландец присоединился ко мне.
Как прошло? спросил он.
Интересно, ответил я. Очень интересно. Но нам нужно спешить. У меня назначена встреча с Харрисоном через полчаса.
А, Стерлинг, он повернулся. Вовремя. У меня как раз освободилось время на ланч.
Мистер Харрисон, я кивнул. У меня важная информация, которая не может ждать.
Харрисон указал на кресло напротив своего стола:
Присаживайтесь. Что за срочность?
Я достал конверт, переданный Паттерсоном, и положил его на стол.
Мистер Паттерсон только что предложил мне вступить в сговор против вас.
Брови Харрисона поползли вверх:
Вот как? И что же он вам предложил?
Партнерство. Тридцать процентов от некой крупной сделки, связанной с предстоящим размещением акций, я сделал паузу. Правда, он не рассказал подробности.
Харрисон внимательно смотрел на меня, его лицо выражало смесь удивления и одобрения.
И вы немедленно пришли ко мне. Похвально, Стерлинг.
Я считаю, что лояльность важнее сиюминутной выгоды, ответил я, наблюдая за его реакцией.
Харрисон взял конверт, но не стал открывать его:
Что конкретно он рассказал о размещении?
Немного. Только намекнул, что в первом квартале следующего года планируется крупнейшее в истории размещение акций некой компании, я сделал паузу. Компании, связанной с вами.
Лицо Харрисона на мгновение напряглось, затем вернулось к обычному невозмутимому выражению:
Понятно. И какой ответ вы дали Паттерсону?
Сказал, что мне нужно время на размышление. Три дня, я слегка наклонился вперед. Подумал, что это даст нам возможность подготовить ответные действия.
Харрисон кивнул, все еще держа нераспечатанный конверт:
Умно. И что вы предлагаете?
Ловушку, сказал я прямо. Паттерсон ищет компромат и использует меня как инструмент. Дадим ему то, что он хочет, но с нашими условиями.
Продолжайте, Харрисон жестом предложил мне развить мысль.
Я соглашаюсь на его предложение. Получаю доступ к его информации. Одновременно передаю ему подготовленные нами данные. Достаточно убедительные, чтобы он поверил, но не содержащие ничего действительно ценного.
А затем?
Затем мы ловим его с поличным на попытке саботажа фирмы или передаче конфиденциальной информации конкурентам, я пожал плечами. Классическая стратегия.
Харрисон задумчиво забарабанил пальцами по столу:
А ваш интерес, Стерлинг? Что вы получаете от этого?
Ускоренное продвижение, ответил я без колебаний. Я доказываю свою лояльность и получаю возможность участвовать в более значимых проектах фирмы. Возможно, даже в том самом
размещении, о котором упоминал Паттерсон.
Харрисон слегка улыбнулся:
Прямолинейно и амбициозно. Мне нравится ваш подход, Стерлинг.
Он наконец открыл конверт и быстро просмотрел содержимое. Я заметил, как его глаза сузились, а челюсти напряглись.
Босс, конечно же, не знал, что я успел поменять содержимое конверта.
Паттерсон передал в ресторане копию старой телеграммы, якобы отправленной Харрисоном Генри Форбсу в Филадельфию за день до смерти отца Уильяма: «Э. С. становится проблемой. Решение должно выглядеть естественно. Одобряю ваш план. Р. Х.»
Телеграмма выглядела подлинной, с правильными печатями и пометками телеграфной службы. Но я уже видел, что это подделка, состряпанная, чтобы настроить меня против Харрисона.
Поэтому за то короткое время, пока я пришел к боссу, я успел заменить содержимое конверта на другой документ. Искусно составленное мной письмо самого Паттерсона, адресованное главам других крупных брокерских домов.
В нем Паттерсон предлагал им объединиться против Харрисона, обещая вознаграждение за поддержку в борьбе за контроль над фирмой. Я добавил несколько фраз, намекающих на подкуп членов совета директоров и планы полностью отстранить Харрисона от управления.