Леди Шарлотта смотрела на сына с беспокойством. Люк позвонил днем, сообщил о готовящемся побеге и попросил не волноваться. Но она все равно волновалась. И радовалась тому, что беспокойный отпрыск дома.
Луциус будет в ярости, сказала графиня в конце ужина, аккуратно подцепляя ложечкой кусочек пудинга.
Переживу, легко отмахнулся Кембритч, откидываясь на спинку стула. Ты купила то, что я просил?
Купила, строго произнесла леди Шарлотта, и это было нелегко, поверь мне. Единственный питомник находится в области, и чудо, что мы успели добраться туда до закрытия. Зачем это тебе, сынок?
Подарок хочу сделать, сообщил Люк внимательно наблюдающей за ним матери. Потом расскажу, мам. Ну не смотри на меня так. Мне сразу хочется все выболтать. Где они, кстати?
Спят, слава богам, устало ответила графиня Кембритч. Как маленькие дети всего несколько часов в доме, и он почти разрушен.
Завтра избавлю тебя от этих чудовищ, рассмеялся Люк, вставая. Мам, спасибо тебе. Пойду я спать.
Спокойной ночи, сынок, сказала леди Кембритч, провожая взглядом сухощавую фигуру сына.
4 ноября, пятница, Иоаннесбург
Церемония награждения проходила в том же зале, что и памятная посольская встреча, и Люк, заходя в помещение вслед за Тандаджи, едва заметно поморщился, глядя на сияющий бронзой пол, слишком хорошо помнил, как выглядела на нем его кровь. И красные следы на этих высоких белых дверях, которые он оставил, когда его шатнуло и понадобилось обо что-то опереться.
Тихо играл маленький оркестр, сияли огни изящных, напоминающих золоченые птичьи гнезда светильников под потолком, в несколько рядов стояли полукругом обитые красным бархатом кресла перед королевской ложей, и столики для фуршета были уже накрыты. Никаких журналистов
и камер. Тайное чествование тайных героев. А как иначе? Во всех странах так. Если сообщать обо всех попытках покушения на глав государств, то народ будет находиться в состоянии постоянной паники.
Как ты вообще додумался притащить их в Управление? сухо спросил Тандаджи, пока помощник церемониймейстера провожал гостей к местам на первом ряду, у самого края.
Прости, мой добрый бывший начальник, покаянно-ехидным голосом произнес Люк, усаживаясь, я знал, что ты меня любишь и не сможешь отказать. Знаешь, какими глазами на меня смотрел начальник нынешний, когда я пришел в посольство в сопровождении слуг с переносками?
Тебя я терплю, холодно возразил Майло, а люблю я собак. Тидусс почему-то глянул на свою ладонь и продолжил: Как выдрессировал, так и ведут себя. Никакой импровизации или суицидальных наклонностей.
По проходу между креслами уже шли другие приглашенные. Люк сразу обратил внимание на роскошную смуглую женщину с очень «вкусной» фигурой. И только когда она обернулась, узнал придворного мага Инландеров, леди Викторию. Двое ее спутников о чем-то переговаривались. Одним, очевидно, был ректор МагУниверситета Александр Свидерский, с которым Люк раньше не встречался. А вторым барон фон Съедентент.
Барон бросил на него мимолетный взгляд и насмешливо склонил голову. Люк вежливо искривил губы в ответном приветствии. Журчащая легкая музыка вдруг стала раздражать.
Маги расположились на противоположном краю первого ряда, и достаточно было чуть повернуться, чтобы их увидеть. Но Люк не смотрел. Он слушал.
Александр Данилыч, здравствуйте! тяжеловатый молодой басок, смущенный и радостный одновременно.
Ситников, Поляна. Рад вас видеть в добром здравии, спокойный и немного снисходительный голос ректора. Я смотрю, вы можете выглядеть прилично.
Костюмы напрокат взяли, буркнул второй голос. А где лорд Тротт? Я думал, он тоже будет.
Профессор все еще восстанавливается, объяснил ректор, ему не до орденов.
В наступившей тишине оркестр взял небольшую паузу отчетливо было слышно, как фыркнул блакориец.
О, и вы здесь, раздался тот же басок рядом с Люком, и он поднял голову. Рядом стояла несчастная жертва Алмазовой практики, Дмитро Поляна. В костюме он был совсем не похож на того раздолбая в шортах, которого Люк видел в общежитии МагУниверситета.
Они пожали друг другу руки.
А это Матвей Ситников, сказал Дмитрий, мой друг и одногруппник.
Огромный бритоголовый парень тоже протянул Кембритчу свою лапищу.
А это начальник разведуправления, в тон семикурснику ответил Люк, подполковник Майло Тандаджи.
Очень приятно, нервно произнес студент и под строгим взглядом тидусса вытянулся, расправил плечи, как по команде «смирно».
Мне тоже, небрежно ответил Тандаджи, оценивающе рассматривая Поляну. Садитесь, господа.
Зачем детей пугаешь? тихо и укоризненно спросил виконт, пока семикурсники шумно и неловко усаживались в кресла. Ситников с трудом уместился в нем и теперь пытался справиться с торчащими локтями.
Затем, коротко ответил подполковник с совершенно каменным выражением на лице. Оглянулся, встал к ним подходил Игорь Иванович Стрелковский. Высокий и статный, он вез перед собой в инвалидной коляске бледную женщину с темно-синими глазами и шрамом на бритой голове.
Люджина, с удивительной мягкостью произнес Тандаджи, подождав, пока Люк и Игорь Иванович обменяются рукопожатием, я рад, что вы нашли в себе силы быть здесь. Ваша награда заслужена. Люк, Кембритч тоже встал, позволь представить тебе сотрудницу Управления, капитана Дробжек. Капитан, это наш бывший сотрудник, лорд Лукас Кембритч.