Вкусно, рассеянно проговорила Наргис, делая еще глоток с трудом, будто у неё ком в горле стоит. Благодарю, господин Фархад. Мне очень неловко пользоваться вашим великодушием и причинять хлопоты.
Допив, она так и осталась сидеть со стаканом в руках, глядя в пустоту, и Фархад подумал, что девчонка в самом деле вымоталась. Только сейчас, похоже, поняла, что в переулке избежала не лучшей судьбы. Вот, кстати, переулок и ловцы людей
Наргис, окликнул он зябко кутающуюся в одеяло девушку. В переулке ведь были не простые грабители, а кто-то иной. Они тебя похитить хотели, а не просто ограбить, понимаешь?
Понимаю, спокойно отозвалась она, глядя мимо. Не совсем же я дура, господин Фархад. Грабители они другие. Не беспокойтесь, мне бы только до дому завтра добраться, а там уж найдется, кому Харузу перевернуть. И если вы позволите мне выразить благодарность более весомо, чем обычные слова
Она все-таки подняла глаза, глядя вопросительно, и Фархад покачал головой.
Не позволю, отозвался с ленивой усмешкой. Я это делал не за золото. И от такого пустяка точно не разорюсь.
Как скажете, кивнула Наргис. Тогда пусть хранят вас все благодатные боги, великодушные к странникам.
Голос прервался, и Фархад понял, что девчонка изо всех сил сдерживает слезы. Ох, чтоб тебя Он неловко протянул руку, сам удивляясь, что прямо
сейчас не хочет ничего, кроме как просто утешить. Прикоснулся к плечу под грубой шерстью одеяла, уронил ладонь на спину.
Наргис качнулась к нему, как тонкое деревце от яростного порыва ветра, задержала дыхание, а потом резко и сильно выдохнула. В глаза Фархаду она так и не смотрела, и оттого было странно стыдно и неловко сделать хоть что-то из того, мысли о чем роились теперь вовсю.
Поэтому Фархад просто обнял оказавшиеся так томительно близко плечи, прижал к себе, чувствуя легкий запах вина в горячем дыхании девушки. Запустил пальцы в смоляной гладкий шелк, млея от возбужденного предчувствия. И тут же одернул себя: стоит ли? Оказаться заменой на одну ночь, а потом девочка сама будет стыдиться того, что случилось, и, чего доброго, возненавидит того, кто воспользовался её слабостью.
Что со мной не так? прошептала Наргис ему в плечо с горьким недоумением. Он говорит, что я прекрасна. Он защищал меня, рискуя собой, от смерти спас Почему тогда? Я же ничего не требую, совсем ничего. Придет хорошо, не придет
Голос её оборвался, и Фархад вздохнул, гладя растрепавшийся, все еще душистый шелк волос с невольной нежностью. Прошептал, не зная, как объяснить бедняге, что не всегда складывается так, как хочется:
Ты и вправду прекрасна. Золотая, теплая, желанная Может, просто время не пришло. Или он не тот, кто тебе предназначен. Или он просто недостоин тебя.
Или я его, тоскливо отозвалась Наргис. Ох, Фархад
И еще один едва заметный всхлип:
Прости
За что? улыбнулся Фархад, чувствуя, как к нему прижимаются все сильнее, как одеяло сползает с плеч и распахивается рубашка, обнажая горячее тело.
За то, что все не по-настоящему, спокойно сказала Наргис, поднимая голову и глядя ему прямо в глаза. Ты чудесный, знаешь?
Знаю, усмехнулся Фархад, помогая одеялу окончательно упасть. Ничего, девочка, это все луна виновата. Не думай ни о чем. Просто забудь. На одну ночь
Он склонился навстречу поднятому к губам тонкому запястью, поцеловал алую царапину, скользнув языком рядом с ней по чувствительному местечку на сгибе. Услышал прерывистый вздох, улыбнулся про себя. Глянул мельком в окно: абрикосово-желтая луна уже добралась до ската соседней крыши и теперь нагло заглядывала в окно, выдавая себя потоками яркого, совсем не серебристого, как обычно, света. Встав, сел позади Наргис и так же языком провел вдоль длинной царапины от плеча до поясницы, то ли зализывая, то ли лаская. И еще по другой: от шеи и вокруг трогательно торчащей лопатки к нежному боку.
Фархад прошептала его случайная добыча тающим голосом. Прошу
Скользнула мысль, что это ведь и вправду всего на одну ночь. Завтра Наргис вернется в богатый безопасный дом, где она наследница и наверняка любимое балованное дитя. Завтра начнут искать тех, кто её похищал. Завтра Фархад уедет из города, где и так задержался в поисках неуловимого существа, по следу которого идет так давно. Все это будет завтра
Он мягко, но настойчиво повернул к себе податливое тело, скользнул ладонями по обнаженной коже, показавшейся раскаленной, и Наргис глухо простонала что-то невразумительное. Девочка моя золотая. Склонившись и целуя гладкие горячие плечи, Фархад дышал запахом юного тела, легкими благовониями и, почему-то, ароматом абрикосов. Но сливалось все это в одно невыносимое ощущение горячего, млеющего и зовущего. Подавшись навстречу и окончательно покоряясь, Наргис обняла его, вплетя пальцы одной руки в волосы, второй обхватила за пояс.
Хорошая моя, шепнул Фархад, желанная Не пожалеешь потом?
Девчонка с отчаянным видом замотала головой, ничего не говоря. Да и что тут можно было сказать? Только постараться, чтоб и вправду не пожалела.
Как они оказались лежащими рядом, Фархад и сам не заметил. Все вокруг и внутри него слилось в единый поток расплавленного лунного золота: вкус вина на мягких упругих губах, разметавшиеся по подушке черные пряди, яростное изумрудное сияние полуприкрытых ресницами глаз.