Тут на капитана обрушилось и другое, давно забытое.
Пронзительный холод. Сырость и липкость. Ощущение падения, когда палуба уходит из-под ног. Жаркий ток крови. Укол бодрящего страха.
Миг и все прошло. Вновь свистел ветер, а дождь хлестал, не обжигая кожу. Галеон несся с волны на волну, порой скользя над водой.
Капитан недоумевал. Что за чертовщина с ним только что приключилась? Он сам по себе чертовщина! Бывают ли у привидений галлюцинации? Преследуют ли их другие привидения помимо призраков прошлого?
Ван дер Ост помотал головой, подбодрил себя забористым ругательством.
Поднес руку к глазам, и, позволив себе скользнуть в нереальность, проследил, как тает плоть, обнажая рисунок костей. Прислушался и ощутил пустоту в грудной клетке.
Ничего не изменилось. Проклятие Эрмины все еще висит над ним. Но Эрмина давно истлела в могиле, а он еще существует. И будет существовать вечно, черт побери, в этом призрачном состоянии!
Ван дер Ост ощутил приступ такой сосущей тоски, что поскорей выбросил непонятный эпизод из головы.
3
Дилижанс катил по тракту на Мерстад, упруго подпрыгивая на выбоинах. Пригревало яркое солнце, ветер качал ветки придорожных сосен, нес терпкий запах хвои, в который вплетались новые для Сенты йодистые нотки.
Море близко, магистр со вкусом втянул воздух полной грудью. Скоро покажется пролив. Ты раньше видела море, Сента?
Никогда, профессор. Моя семья живет далеко от побережья.
Значит, и легенды о морских призраках у вас не рассказывают?
Нет. У нас рассказывают сказки об оживших огородных пугалах. Но у меня высший балл по фольклористике, торопливо добавила Сента.
Профессор весело прищурил глаза, сверкнули ровные зубы. Мимолетная улыбка полоснула ее по сердцу.
Сегодня Бальтазар казался Сенте умопомрачительно красивым. Дорожная кожаная куртка с серебряной вышивкой ладно облегает широкие плечи, ветер ерошит его темные локоны, а карие глаза сверкают вдохновенно.
Тогда позволь рассказать тебе легенду о капитане-призраке. Она есть в папке с материалами, но ты вряд ли успела изучить ее за ночь, не так ли?
Сента прочитала материалы до последнего листочка, но ей так нравилось слушать рассказы профессора, что она помотала головой и развела руками.
Доклады не отличаются захватывающим языком и богатством деталей. А Бальтазар любой сухой параграф из учебника превращал в увлекательное повествование.
Итак, Фредерик ван дер Ост, начал профессор, вглядываясь в даль. Жил сто пятьдесят лет назад. Имел лицензию королевского торгового морехода, но брался за любые контракты. На своем галеоне «Морской дьявол» доставлял из-за моря пряности и серебряные слитки, тюки шелка и чай. Переправлял научные экспедиции и дипломатов. Имея орудийную палубу, охотно ввязывался в драки. Бывало, грабил одинокие суденышки. Что сходило ему с рук при дворе ван дер Оста ценили за безрассудную храбрость и нещепетильность.
Бальтазар покачал головой и усмехнулся.
Настоящий морской сорвиголова, лишенный какой-либо чести и благородства вот каким был Фредерик ван дер Ост. Шатался по морям в свое удовольствие, веселился, как
и приглашение служить при дворе.
Сенте показалось, что она сейчас умрет от счастья.
Но смотри: вот и залив! Через десять минут мы въедем в Мерстад.
«Море и правда бескрайнее! восторженно подумала Сента, немного ошалев. Первородная стихия, манящая и опасная. Колыбель легенд и дух приключений!»
Воды залива казались зелеными и прозрачными, как драгоценный камень. Но поднимался ветер, гладь морщилась и волновалась, закручивались буруны, отороченные белой пеной. Далеко, у линии горизонта, висела темная гряда облаков, и маячил одинокий треугольник паруса. Капитан суденышка спешил в укрытие.
К вечеру разыграется шторм, Бальтазар приложил к глазам ладонь козырьком. Шторм случается каждую ночь, когда в гавань входит призрачный корабль, даже если днем стоит прекрасная погода. Ван дер Ост прожил жизнь, терзаемый страстями, и после смерти бури стали его постоянным спутником.
Фантомная эманация сильных эмоций, процитировала Сента определение из учебника «Природа паранормальных явлений».
Совершенно верно. Садись, пять, улыбнулся Бальтазар.
Дилижанс нырнул обратно в лес, скатился с горы, пересек шлагбаум заставы и загрохотал по булыжной мостовой.
Старые фахверковые дома, бронзовые памятники адмиралам, огромные ржавые якоря, украшающие бульвары, и лес мачт, торчащий из-за треугольных крыш и флюгеров таким предстал Мерстад перед Сентой.
Однако в преуспевающем портовом городе не все было ладно. На дверях лавок висели тяжелые замки, у трактиров толпились задиристые матросы и угрюмые рыбаки в брезентовых плащах. Они сердились, спорили, размахивали руками.
Когда дилижанс остановился, профессор велел Гуго и Уве перенести чемоданы на постоялый двор и не сметь прикладываться к выпивке.
А сам, взяв с собой Сенту, отправился на прием к бургомистру.
В просторном кабинете бургомистра Мальвейзера обнаружился и капитан порта, суровый усач Гривз.
Надеюсь, вы освободите нас от напасти, от этого безбожника ван дер Оста, говорил бургомистр, недовольно хмурясь. Угол его кабинета украшала начищенная корабельная рында, а на столе красовалась позолоченная модель парусника, которую Сенте очень хотелось потрогать.