Евгения Михайлова Крик рядом Притча наяву
В пятницу после работы Ирина вернулась домой раньше, чем обычно, и одна. Муж повёз сына на дачу. У него четыре свободных дня на майские праздники. И Ирина решила бросить себя на амбразуру быта. Чтобы к их возвращению всё было как у людей. Тем более так совпало, что её четырёхдневный перерыв между дежурствами попал на праздники. Она работала хирургической медсестрой.
Какое-то время у неё в разных местах всё было в виде «ужас-ужас, это невозможно, это непреодолимо». Потом что-то само по себе оказывалось помытым, постиранным, что-то уже кипело, жарилось, пеклось. Ирина попыталась схитрить сама с собой и сделать вид, будто она забыла про окна. Всё же у неё четыре дня впереди. Но имела глупость взглянуть на окно в кухне настроение жутко испортилось. Этот кошмар оставлять до утра? Но если делать, то сейчас. Скоро стемнеет.
Она отважно решила начать с огромного окна у балкона в гостиной. Притащила туда всё, что нужно, в том числе стремянку и перчатки. Но через пять минут перчатки сняла: в них руки стали гипсовыми. Потом отказалась от стремянки. Дурацкое сооружение. Ирина сбросила тапки и босиком встала на подоконник. Первый засверкавший кусочек стекла придал ей оптимизма. Она даже залюбовалась, как работой мастера. И тут услышала странный крик тонкий, жалобный, не поймёшь: ребёнок или кошка. Крик раздался рядом, оборвался, кажется, внизу, под окнами. Ирина спрыгнула с подоконника, бросилась на балкон, посмотрела вниз. Там густые кусты. Уже зелёные. Что-то как будто белеет Но плохо видно. У Ирины пятый этаж. Она бросилась в прихожую, натянула кеды и выскочила из квартиры, сунув в карман фонарик. К кусту под своим балконом шла осторожно, медленно. Чего тут только не белело! Пакеты, тряпки, пелёнка. Люди у них живут непринуждённые. Вокруг куста ни звуков, ни шевеления. В траве, естественно, не видно следов. И такая неприятная находка. Маленький детский башмачок зацепился за ветку. В мозгу пролетели сообщения хроники о выброшенных или выпавших из окна детях. Но Но потратила она на свой путь не так уж мало времени. Лифт был всё время занят, и Ирина пошла по лестнице пешком. Дом у них длинный, долго до угла, потом столько же с другой стороны. Восемнадцать этажей. Никто никого не знает. Никто не кричит, не беспокоится, не выглядывает в окно. Ирина ещё раз проверила всё, что возможно, сунула башмачок в карман и вернулась домой. Позвонила соседке из квартиры рядом, это была их старшая по подъезду.
Здравствуй, Валентина. Ты ничего не слышала?
А что?
Мне показалось, кричал кто-то. Вроде ребёнок.
Где?
Рядом, за окном.
Не слышала. Ну, ты же знаешь, я тугоухая.
У нас есть люди с маленькими детьми?
А я сейчас и не знаю. У нас квартиры посдавали, квартиранты меняются, у каких-то бывают дети. Это конечно.
Не знаешь, в каких квартирах?
Откуда я могу знать?
Валя, почему ты всё время удивляешься? Оттуда, что ты старшая по подъезду. Не ходить же мне по квартирам. Мне и не положено никого знать.
А зачем тебе знать?
Уже не за чем. Спасибо.
Так. Ходить по квартирам с вопросом: «У вас никто не выпал?» нелепо. Да и не откроет ей никто. Соседи её не знают, как она не знает их. Объявление? Какое? С тем же вопросом? Тут уже надо добавлять: «Вы никого не выбросили?» Тоже отбой. Да, наверное, в кусты упала кошка. Может быть, из квартиры, в которой никого нет. Ирина услышала рядом с собой, но это не значит, что выпала рядом. Может, с любого этажа. И убежала в стрессе. Так с ними бывает. А башмачок тоже выбросили, как и весь мусор под окнами. Вот, кстати, и пелёнка Да, пелёнка. Значит, есть в подъезде маленькие дети. Именно маленькие. Потому что школьников, кроме их Стасика, в подъезде нет. А деток, которых водят в сад рядом с домом, Ирина тоже не видела. Коляски Могла не заметить. Они недавно сюда переехали.
Домывать окна было уже поздно. Собственно, не особенно и получилось начать. Ира завершила остальные параллельные дела. Но вместо того, чтобы пойти в ванную, доехала на лифте до восемнадцатого этажа, а оттуда пошла вниз пешком, останавливаясь и прислушиваясь
на каждой площадке. Тишина. Совсем недавно долго был занят лифт, люди синхронно вернулись с работы. И так же синхронно заглохли. Ни колясок и ничего такого. Правда, это на тех этажах, где нет тамбуров и решёток. Интересно, они все разные. Люди на каждом этаже создавали свою крепость, не глядя, как это сделано у соседей. Помогает ли им решётка? Бывают ли грабители там, где решёток нет? Когда Ире собственный дом стал казаться замком Кафки, она вернулась домой. Она пыталась. Если никого не встретила, ничего странного не услышала, значит, хорошо, что не стала ни к кому ломиться, пугать людей. Завтра праздник. Может, кого-то увидит, до завтра, может, что-то придумает, а ещё лучше забудет. Показалось. Тоже бывает.
Утром Ира пошла в магазин, возвращалась очень медленно, задумчиво глядя на лица встречных людей. Они поменялись на этот район из-за аллергии на плохую экологию у сына. Новый район действительно оказался гораздо более чистым, зелёным, чем тот, из которого уехали. Когда приехала машина за вещами, грузчики начали выносить мебель, ящики с книгами, муж Олег с сыном Стасиком оставались в квартире, а Ира стояла у подъезда. Смотрела на унылые, высохшие газоны с чахлой растительностью, на летние пыльные листья деревьев, которые были похожи на обезвоженных мучеников в пустыне, и думала: как хорошо, что они отсюда уезжают. И вдруг к ней подошла соседка со второго этажа полная добродушная женщина. Обняла, даже всхлипнула.