Евгения Михайлова Клавка Борджикова
© Михайлова Е., 2020© Оформление. ООО «Издательство Эксмо», 2020
Адвокат
Жизнь Виталия Строгова состояла из забот без просвета. Жена-домохозяйка, два мальчика-школьника, постоянно болеющая мама. Но это всё то, что называется у людей трудным счастьем. Бессонной заботой и пульсирующей проблемой для Виталия были тётя Вера и её единственный сын Анатолий, сильно за сорок лет. У Толи были какие-то образование и профессия, но о чём речь конкретно не помнил уже даже он сам. Он временами устраивался на работу, потом его выгоняли, он вновь искал место и устраивался. Человек он, по сути, был неплохой, добрый, бесхитростный, старался быть никому не в тягость. Но он был в тягость всем! Толя пил до собственного изумления, практически не просыхая. Не буянил, не дрался и даже не пел, но у его близких было ощущение, что он сам и они вместе с ним ходят по краю пропасти. Жена однажды схватила в охапку ребёнка и бежала к своим родителям. Стремительно развелась, не претендовала на его квартиру убитую двушку в Бибиреве. Не писала заявление на алименты, мечтала лишь об одном: забыть о своём семейном счастье.
После развода Толи у тёти Веры и появилось ощущение, что сын остался открытым всем опасностям, что у него нет даже слабой защиты в виде формально существующей семьи. Более того, тётя Вера стала бояться засыпать. Однажды она сказала племяннику:
Виталик, ты понимаешь, как легко бандиты и всякие мошенники делают бомжами пьющих людей. Конечно, у Толика есть я и моя квартира. Но потом они придут за моей квартирой и моей жизнью. Он ведь мой единственный наследник.
И я как адвокат могу точно сказать, что это верный ход мыслей. Так оно обычно и бывает. Мы обсуждали с Виталием проблему защиты недвижимости и жизни тётки и кузена и пришли к единственно возможному варианту. Такой защитой может стать лишь сам Виталий. Других программ и инструментов просто не существует.
Короче, в результате ряда сделок, ускоренных благодаря моим юридическим связям и контактам многим известного строителя Строгова, был найден идеальный, по мнению всех участников, вариант. В самом большом восторге пребывал Толян. И обмывал самозабвенно и свою свободу от забот, связанных даже с оплатой коммунальных счетов, и свою каменную стену перед лицом опасностей в виде двоюродного брата Виталия.
Схема вглядела так. Для начала Анатолию оформили неплохую пенсию по инвалидности: нашли какой-то не смертельный, но не совместимый с работой недуг. Затем тётя Вера переписала свою квартиру на Виталия, а жуткую двушку Толи в Бибиреве Виталий купил у кузена с правом пожизненного проживания в ней Толяна. Приличную сумму в миллионном выражении бывший собственник, а отныне продавец сам перевёл на счёт матери, написав соответствующее заявление, которое заверил авторитетный нотариус Александр Мороз. Толян передавал матери деньги за квартиру на сохранение с правом распоряжаться ими по её усмотрению в их общих интересах.
В случае его смерти тётя Вера становилась наследницей сына. По соглашению трёх сторон сделки Толян получал ежемесячно от двоюродного брата сорок тысяч рублей на питание и одежду. Вопросы здоровья и лечения в случае необходимости обсуждались и спонсировались отдельно.
Толя видел небо в алмазах на дне всех бутылок. Тётя Вера была наконец спокойна. Виталий потащил безропотно сей родной воз с проблемами и потенциальными несчастьями. Я считал сделку практически совершённой. И что для всех адекватных и гуманных людей, зависящих от недостатка Толи, было главным: он только получал, у него ничего не отобрали. Его жизнь не ломали, его не вязали смирительной рубашкой, не превращали в овощ в психушке, его не контролировали каждую минуту, и он сам чувствовал себя вольным рантье, которого принимают и уважают.
Когда Виталий позвонил мне и сказал, что получил повестку в суд по поводу незаконно отобранной недвижимости Анатолия, я потерял дар речи от изумления.
Виталий
Она же нашла ему работу в торговой сети. Там он познакомился с симпатичной девушкой Лидой. Толя был привлекательным внешне мужиком: крупным, с круглым, добродушным лицом, ласковыми и доверчивыми голубыми глазами И этот контраст взрослого, внешне мужественного человека с детской, непосредственной, радостной сутью, наверное, показался Лиде неотразимым. Многим так казалось в первое мгновение, первые дни или годы. Потом к Лиде пришло страшное разочарование. У них родился и рос ребёнок, а они продолжали жить в запущенной квартире-дыре, оставшейся Толе по наследству от отца, который рано умер от пьянства. Толя не находил в себе сил, чтобы пальцем шевельнуть для какого-то благоустройства. Лида поняла, что её муж не просто не стал мужчиной, оказавшись мужем и отцом, он категорически сопротивляется всему, что связано с ответственностью.
Начались скандалы, слёзы, претензии всё то, что привело Толю в ужас и панику. Он так любил забавлять и смешить людей. Он был уверен, что и Лида его за это любит. И вдруг оказалось, что он никуда не годится, что чуть ли не хуже всех. Тут-то он и открыл для себя тот эликсир забытья и весёлости, который уже отправил в могилу его отца.